Огромный снежный буран грохотал вокруг Алекса, пытаясь унести его под своими монолитными хлопьями. С каждым новым вдохом воздух становился тяжелее, словно он сам весил килограммы, но он не сдавался. Он понимал, что нужно подняться и быстрым шагом пробиться сквозь этот ад, чтобы добраться до места встречи....
Только вместо того, чтобы надеть рубин на собственный мизинец, Алекс совершенно спокойно взял Лизу за руку – и надел кольцо ей. Она и пикнуть не успела.
А он произнес:
– Не знаю, какой брак у нас выйдет, Лиза, но со своей стороны я клянусь, что постараюсь сделать вас счастливой.
– Даже так?.. – Лиза снова нервно хохотнула, глядя на кроваво-красные отсветы, что ронял рубин на снег. – Признаться, никто и никогда не клялся сделать меня счастливой. Даже матушка моя не очень-то для этого старалась.
Ах как хотелось ей Алексу поверить…
– Ну а вы, Лиза – ничего сказать мне не хотите? – склонив голову на бок, поинтересовался Алекс.
Лиза взглянула на него смущенно и коротко. Она-то говорить была вовсе не мастерица.
– Разумеется, я постараюсь стать вам достойной женой, – степенно ответила она. – Не целоваться более ни с кем посторонним ни в беседках, ни в других местах. – Алекс глядел на нее хмуро, но явно не возражал. – А еще… еще иногда я думаю, Алекс, что если бы тогда, три года назад, на Рождественском балу в Петербурге, мы познакомились бы ближе, и не было бы меж нами никаких препятствий – я бы, пожалуй, смогла вас…
– Постойте-постойте, Лиза! – словно защищаясь, Алекс выставил вперед руки и крайне осторожно произнес: – я спрашивал вас только заколке.
– Что?..
– Мы условились с вами в прошлый раз, что когда встретимся снова – вы мне расскажете все что знаете про заколку в форме жар-птицы. Помните?
– Ах да, заколка…"
"Лиза почувствовала, как кровь медленно, но неотвратимо наливает алым цветом ее щеки.
А после поняла почему.
Потому что когда тебе признаются в любви – нужно либо отвечать взаимностью, либо расстаться и никогда больше не видеться. А Алекс не мог себе позволить ни того, ни другого. Чертово наследство! Ему просто нужна удобная жена и все. Не собирается он делать ее счастливой.
Обаятельный, умеющий говорить нужные красивые слова лжец!
Алекс теперь уж и сам был смущен. Но желание выспросить у нее все о заколке меньше от этого не стало.
– Вы ведь узнали жар-птицу, Лиза? Верно? – допытывался он. – Где вы ее видели?
– Так она еще у вас, эта жар-птица?
– Нет. Мы с Кошкиным отдали ее матери Марии Титовой. Вам знакомо это имя?
Лиза хмуро молчала и смотрела теперь на носки собственных туфель.
– Вижу, что знакомо, – сам догадался Алекс.
