В мирное утро 1943 года, на вершине обсерватории шокированный Гитлер глядит на чистый Оберзальцберг. Ночью мел вьюга, и теперь весь двор покрыт снегом. Капли с львиной горы отражаются в его глазах, наполняя их холодом и страхом, неизвестностью войны.
Отложив фотоснимок в сторону, Тимофей взял следующий, заметно отличающийся от первого. Он имел четко дешифровочные признаки, не нужно было особенно ломать голову, все было понятно и так. Изображения легко распознавались по форме: вот здания, стоящие на окраине луга; просека, тянувшаяся через лес прямой линией; в виде коротких черточек — два моста, переброшенные через реку.
На поле просматривалась геометрически правильная структура шести танков, расположившихся по прямой линии на скошенном поле. Длинные линии, разрезающие ландшафт, — это окопы, в которых угадывались квадраты с расположенными в них блиндажами.
Романцев взял два снимка и попытался совместить их края. Не совпадают! Снимки были из разных квадратов.
Строго посмотрев на побледневшего лейтенанта, капитан спросил:
— Вы хотите сказать, что эти аэрофотоснимки семьдесят первого квадрата?
Все заготовленные слова встали поперек горла, с этим следовало что-то делать, и лейтенант сдавленно сглотнул:
— Нет… Я не видел прежде этого снимка.
— Куда же они в таком случае подевались?
Лейтенант Муртазин взял пачку аэрофотоснимков и внимательно просмотрел каждый.
— Их здесь нет.
— Куда же они могли, по-вашему, деться?
— Просто ума не приложу!
— Получается, настоящие снимки подменили фальшивыми?
— Получается, что так.
— Как же тогда настоящий снимок попал к фальшивым?
— Не могу знать… Хотя у меня есть предположение. Этот снимок мне показался особенно сложным для дешифрирования, и три дня назад где-то часов в девять вечера я забрал его с собой…
— Куда именно забрали? — тотчас спросил Романцев.
— Просто работал в другой комнате, — быстро пояснил лейтенант. — Там у нас схемы, приходится заниматься и ими, работы много… А утром следующего дня я завершил дешифрирование и положил его обратно.
— Значит, после девяти вечера кто-то подменил снимки? И вы, не заметив, что там лежат фальшивые, положили на них свой, настоящий.
— Получается, что так.
— У кого есть ключи от этой комнаты?
— У меня и у майора Артемьева.
— Где он сейчас может быть?
— Мне трудно сказать… Может, пошел в соседний поселок.
— Что он там делает?
— У него там друзья, с которыми он служил раньше.
