Заброшенный дом на окраине Быстровки ожидает своего нового хозяина. Внутри — темные коридоры, старые телеграфные столбы и потертые двери, словно зашитые в камень. Но вот что-то движется среди извивов доминиканской паукообразной растительности на подворье — это сигнал к поискам сокровищ, забытых долгие годы временем и войн....
Нога Осокина распрямилась в колене, отправилась в полет, поразила коленную чашечку противника. Хрустнула кость. Злоумышленник сдавленно охнул, пистолет выпал из онемевшей руки. Где его искать в этой тьме?
Отправилась в атаку вторая нога капитана, пронзила воздух. Он различил характерный металлический звук, нечаянно отбросил пистолет еще дальше. Убийца отшатнулся, влепился в стену, но не потерял подвижности, бросился в атаку, споткнулся, но изловчился, в падении схватил Осокина за горло. Мужчина был сильный, жилистый, явно не страдал переизбытком массы.
"Иван ударил его кулаком в лицо. Драться лежа ему еще не приходилось. Спорт для ленивых? Злодей хрипел, но горло не отпускал. Снова удар, брызнула кровь из рассеченной кожи. Но удавка сжималась. В глазах контрразведчика потемнело, он задыхался. Сильные пальцы впивались под кожу.
Капитан сделал перекат с загривка на копчик и чудом вырвался из стальной хватки. Боль пульсировала в плече, но и злоумышленнику с разбитой коленкой было тяжко. Иван поднялся, стараясь не использовать левую руку, привалился к стене.
Непонятно, как противник встал на ноги, но он это сделал! Осокин уже стиснул рукоятку пистолета, но ему не хватило мгновения. Убийца набросился на него, схватил за шиворот, встряхнул, чуть дух не выбил из офицера контрразведки. Хорош, однако, вечерок.
Силы у Ивана кончались, но и у убийцы запаздывало второе дыхание. Осокин получил кулаком в щеку, тут же отправил ответку в живот, куда только и дотягивалась правая рука, сразу же схлопотал локтем по физиономии.
Противник взревел. На этот раз его удар пришелся в стену. Переломились фаланги пальцев.
Иван оттолкнул его от себя, тот перелетел через узкий коридор, ударился спиной о стену. Капитану уже надоел этот обмен любезностями.
Кулак остановил его. Второй удар пришелся между ключицами, отбросил врага обратно к стене. Это был заключительный аккорд. Сместились шейные позвонки.
Убийца сполз по стене, сел, свесил голову. Он судорожно вздрагивал, хрипел, не мог продохнуть. Иван опустился на пол, уперся затылком в стену. Любое неловкое движение рождало ослепительную боль в плече.
