Заброшенный дом на окраине Быстровки ожидает своего нового хозяина. Внутри — темные коридоры, старые телеграфные столбы и потертые двери, словно зашитые в камень. Но вот что-то движется среди извивов доминиканской паукообразной растительности на подворье — это сигнал к поискам сокровищ, забытых долгие годы временем и войн....
Надеюсь, им удастся осесть в городе, не вызвав подозрений. Мы преследуем две цели. Военная активность противника в районе Свирова весьма настораживает. Город расположен в пятнадцати километрах от линии фронта. До него мы не дошли. Это фланг группировки русских, там, севернее Курского выступа, не должно быть главного удара. Но на станции в Свирове ежедневно разгружаются воинские эшелоны, туда прибывают танки. Часть войск укрепляет группировку, занимающую позиции в этом районе, остальные направляются на другие участки фронта, в том числе для усиления Пятой армии русских.
– Вы верите Циклопу, Георг?
– Безусловно, герр Штагель.
– Ну что ж, мы всегда рассчитываем на успех, а также на то, что бог нам поможет. – В этих словах оберста звучала ирония. – Все это хорошо, Георг, и я действительно надеюсь на лучшее. Условия переброски вы отработали?"
"– Так точно, герр Штагель! Место высадки определено самим Циклопом.
– Как мы убедимся в том, что группа прибыла к месту выполнения задания?
– Циклоп отправит радиограмму с условным текстом.
– Вас не смущает, Георг, что в последнее время выпускников нашей школы преследуют досадные неудачи? – задал Штагель неожиданный вопрос. – Группа Шверка, выброшенная в прошлом месяце под Морозовкой, попала к русским. Ее там словно ждали.
