Заброшенный дом на окраине Быстровки ожидает своего нового хозяина. Внутри — темные коридоры, старые телеграфные столбы и потертые двери, словно зашитые в камень. Но вот что-то движется среди извивов доминиканской паукообразной растительности на подворье — это сигнал к поискам сокровищ, забытых долгие годы временем и войн....
– Вот так всегда, – пошутил Одинцов. – Нам по уркам и прочим безнадегам, а начальству самое приятное.
– Очнись, Николай. – Иващенко сглотнул. – Что приятного в мертвой женщине?
Участвовать в допросе Глисты капитан Осокин не собирался. Но подход молодого оперативника ему в принципе понравился. Не можешь разобраться сам – работай с блатными. В их кругах царит полная осведомленность по всем вопросам.
Несколько раз в течение дня капитан пересекался со своими новыми подчиненными, убеждался в том, что они умели работать, напряженно дышал им в затылки.
Судя по остову, это был старый «ГАЗ-61» песочного цвета. Номера с машины были сняты. Колеса сгорели. Убедиться в том, тот ли это автомобиль, было невозможно. Об исчезновении автотранспорта никакие организации не сообщали. Машина могла быть личной. Такое случалось, хоть и редко.
Пропавших людей, по данным милиции, за последние сутки было трое – две женщины и пожилой мужчина, страдающий психическим расстройством.
Личность гражданки Черкасовой оставалась загадкой. В организациях, куда обращался Осокин, кадровики с испугом смотрели на фото и пожимали плечами.
Во второй половине дня в отдел заглянул Одинцов, сделал хитрое лицо и спросил:
– Есть кто живой?
– А мертвые тебе уже надоели? – проворчал Иван.
– Слушайте, товарищ капитан. – Сотрудник уголовного розыска был явно возбужден. – Как вы и просили, я провел беседу с гражданином Куняевым, то бишь с Глистой. Вел себя вежливо, был готов на всякие уступки. Мол, так и так, уважаемый гражданин Глиста, не забыли ли вы тот знаменательный день, когда в последний раз загремели в милицию? В общем, Глиста вспомнил даже больше, чем мы надеялись. Он пас неизвестного капитана после того, как тот потряс деньгами, помните? Тот стоял у окна рядом с титаном, потом заглянул в каморку проводника и недолгое время с ним беседовал.
– Так у нашего добровольного помощника из социально близкого класса безупречная память? – спросил Осокин.
– Да, Глиста на нее не жалуется. Итак, капитан спросил про улицу Ракитную. Проводник удивился, сказал, что никогда не слышал про такую.
