В центре сложной городской политики живет следователь по особо важным делам, который вынужден смотреть все эти мероприятия, будь то спортивные соревнования или интеллектуальные турниры. Атмосфера напоминает шахматную доску: каждый шаг может перевернуть весь сюжет.
Залесская отступила в коридор, все ещё не понимая, а вернее, не желая верить в реальность такого визита. Помоему, она даже взглянула на медную табличку на двери с витиеватой надписью.
Понятые — смесь любопытства и смущения — зашли в коридор. Хозяйка предложила нам снять пальто, сменить обувь на домашние туфли, несколько пар которых стояло в нижнем отделении вешалки.
Я попросил Залесскую проводить нас в комнату Валерия.
Просторная квартира в доме постройки начала века была обставлена красиво и дорого.
Полина Модестовна-так звали мать Валерия-держалась с большим достоинством.
такой известный адвокат, что приглашают из других городов), а внук гуляет с няней на улице.
В комнате Залесского-младшего одна стена-сплошные стеллажи с книгами. Добротный диван, письменный стол.
Первое, что бросилось в глаза, — вместительный кожаный чемодан с молниями и ремнями. Он лежал раскрытый на диване, заполненный до половины. Были видны только летняя мужская сорочка и шорты. На диване, письменном столе, стульях-всюду были разложены вещи, приготовленные, видимо, в дорогу. Стопка выглаженных носовых платков, электробритва в футляре («Ремингтон», английского производства), рубашки, носки, портативная пишущая машинка, любительская кинокамера «Киев», замшевая курточка, новые, ещё не надёванные, мужские босоножки (импортные), пачка конвертов с надписью «.
Видя, что я несколько озадачен, хозяйка квартиры сказала:
— Валерий завтра утром уходит в загранплавание, а ещё столько дел…
Она давала понять, что приход мой — недоразумение, которое нужно поскорее разрешить.
"— Какой обыск, если сын едет за границу? — продолжала Залесская, искренне недоумевая. — На три часа заказано такси. Они ведь за день должны прибыть на корабль…
Звонили уже, беспокоятся…
— Кто звонил? — вырвалось у меня.
