Автор
В каждом поколении этого рода обязанность служить дьяволу и делать зло наследуется. Особые потомки носят желтые кошачьи глаза и обладают чарующей магической силой. Но среди них появится особый ребенок, получивший сверхъестественную способность — первое в мире. Проклятие этого рода будет жить до тех пор, пока не найдут место, где Тенгель Злой скрыл колдовской горшок с зельем, вызвавшим его....
Да и не годится Виллему путешествовать без сопровождения. Да, мы знаем, что тебе приходилось ездить так и раньше. Но так нельзя! Вместе с Домиником это одно, но ведь с вами будет еще и Никлас. И мы уже решили, кого пошлем вместе с вами.
Все трое переглянулись.
— Это ты нагадал, что нас будет четверо, — пробормотал Никлас, обернувшись к Доминику. — Что ж, делать нечего.
— И кого же вы выбрали? — поинтересовался Никлас.
— Единственно возможного, — отвечал Андреас. — Элису."
"— Но ведь она совсем еще молода. Что, в Линде-аллее в ней больше не нуждаются? — не согласился Доминик.
— Чем-то и мы должны пожертвовать. Мы уже говорили с Элисой. Она так и рвется с вами.
Доминик прикрыл глаза.
— Боже милостивый, — только и прошептал он.
— Выбор не так уж и плох, — отметил Никлас. — Вряд ли есть на свете более упрямый человек, чем Элиса. Она сильная, жизнерадостная. Но мы обещаем, что она будет находиться всегда вдали от чудовища, что она не пострадает.
— Это и наше условие, — сказал Андреас. — Верните ее нам в целости и сохранности, она очень нужна нам здесь.
Все было решено. Еще не рассвело, когда небольшая группа из четырех человек отправилась на север. Оставшиеся дома прятались за шторы и вытирали слезы.
Так они начали то дело, для которого были предназначены. Так началась охота за одним из потомков Людей Льда!
5
Впоследствии Виллему так и не могла сказать, что в этой поездке было реальностью, а что только показалось. Позднее она утверждала, что многого из того, что рассказывали другие, она не помнит!
Холмы вокруг поселка скрывались в утренней дымке.
Они остановились на небольшой лесной поляне недалеко от одного из холмов и обернулись. Они отъехали довольно далеко от дома, и Гростенсхольм почти исчез в утренней дымке. Элистранд давно пропал из виду. Ясно видно было только шпиль церкви.
«Мы предназначены для того, чтобы совершить это, — подумал каждый. А что потом? Неужели это последнее „прости“ отчему дому? Неужто мы никогда больше не увидим наших близких?»
Виллему и Доминик вспоминали своего сына, Тенгеля III, что был сейчас далеко, в Швеции. У него был сильный характер. Он сумеет прожить без родителей.
Они так скучали по нему! Если б только увидеть его еще раз…
Никлас думал об Ирмелин и сыне Альве. Он так привык, что они всегда рядом.
