В кабинете, заваленном бумагами и книгами, Ардашев решил перейти к новым романам — он начал читать Чехова в поисках новых идеи для своего собственного произведения. В этот вечер было особенно поздно, а город словно замер на тихой улице, дыша небольшим холмистым ветерком. Утро воскресенья принесло необычное событие — открытие нового кинотеатра «Модерн», где зрителям предстояло насладиться французскими картинами, среди них и новые переживания для Ардашева....
— Вы только что пытались воздействовать на психику господина управляющего банком посредством этого самого портсигара, точнее, изображения знака дьявола, которое находится на внутренней части правой крышки. Кому, как не вам, известно, что стоит поймать зрением эти разноцветные, покрытые эмалью гильошированные узоры секунды на три, как человек полностью теряет волю и становится рабом ваших желаний. Именно так вы расправились со своими жертвами в Екатеринодаре, Ростове, Пятигорске и Ставрополе, предварительно получив с потерпевших векселя, наличность и драгоценности.
"— Что за бред вы несёте? Какой знак? Какого дьявола? Какие три секунды? — расхохотался незнакомец. — Если верить вашим словам, то тогда и я должен превратиться в послужное орудие Сатаны, так? Вы сказали «три секунды»? Что ж, давайте проверим. — С этими словами он раскрыл портсигар, уставился на внутреннее изображение и стал громко считать: — Раз, два, три, четыре… — Только не успел злоумышленник произнести следующую цифру, как резко открылась и ударилась о стену не заклеенная на зиму форточка.
— Я вижу… вижу цвета: красный, чёрный, синий… — незнакомец выронил портсигар, опустился на колени и, ползая по персидскому ковру, приговаривал: — Какая красота! Цветочки, ромбики, кружочки…
Управляющий Малороссов подошёл к столу, налил полный стакан воды и, выпив жадными глотками, сел в своё кресло.
— Что с ним? — спросил Ардашев.
— Похоже, сошёл с ума, — предположил управляющий.
— Так вы же не сошли, хотя тоже цвета не различаете, — засомневался Поляничко.
— Позволю предположить, что к нему внезапно вернулось полное зрение, и он стал жертвой собственного преступления, — высказался адвокат.
— Странно как-то получается — «вернулось полное зрение», — глядя на ползающего по ковру господина, проронил начальник сыскного отделения. — Но ведь кто-то должен был этому поспешествовать? И кто же?
— Нам не дано знать, — глубокомысленно изрёк банкир.
— Ладно, — Поляничко спрятал оружие и подобрал портсигар.
