Автор
В глубокой меланхолии прячется Слепой Рассвет, где каждое солнечное утреннее свечение кажется последней каплей в череде дневных тягот. Охрана ожесточенно фиксирует любые признаки незаконного проникновения, словно надеясь на то, что лишь так можно сохранить эту закрытую чару. И все же Наташа знает, что рано или поздно, свет божий выведет ее из тьмы, и волна ненависти к своей прежней жизни рвется наружу....
Вот и сейчас я заметила, что хуже стала видеть. Надо успокоиться. Трубку она подняла почти сразу.
— Мама, вы где?! — сразу же принялась я выяснять.
— Поля, ты уже сделала МРТ? — не ответила она на мой вопрос.
— Да!
— Что сказали врачи? — в голосе маме я улавливала тревогу. Такое ощущение, что мама знает больше, чем мне рассказывает.
— Ничего конкретного. Отправят результаты лечащему доктору. А вы где?
— Домой иду, в магазине была. — мне даже легче дышать стало. Сейчас я увижу свою малышку. Одну бы в квартире мама ее не оставила.
— Нет. Решила заехать… Валя? — увидела сестру, которая чуть не наехала на меня.
— Поля, что ты тут делаешь? — удивилась Валя. Она не рада была меня видеть. Подняв с земли скейтборд, она натянула кепку пониже на глаза. Я сестру хорошо знаю, она что-то натворила и сейчас пытается от меня это скрыть.
— Заехала с Машей повидаться.
— Тебе разве можно больницу покидать? — Валя продолжала озираться по сторонам.
— Меня отпустили, поиграю с дочкой и через час вернусь. А ты откуда едешь? Лучше бы матери помогла. Она и с ребенком сидит, и в магазин сама ходит, и все дела по дому на ее плечах. Неужели нельзя часть обязанностей на себя взять?
— Вот мама идет. — бросила она скейтборд на землю, умело перевернула его ногой, вскочила и уехала.
— Валя, подожди! — она даже не повернулась.
С сестрой было тяжело. Пубертатный период явно затянулся. Уже почти восемнадцать, а мы никак не могли найти с ней общий язык.
Я и забыла, что разговаривала с мамой. Посмотрела на экран телефона. Вызов она сбросила. Увидела я родительницу, когда она подошла ко мне очень близко. Может и раньше разглядела, если бы она была с коляской…
— А где Маша? — спросила маму.
Полина
— Мама, ты почему молчишь? — я чувствовала, как сердце хаотично стучит в груди.
