Это было столь очевидно и, вместе с тем, столь непохоже на него, всегда сдержанного и отстраненного, что Кошкин начал лихорадочно соображать, какую еще важную деталь он мог упустить? Отчего Шувалов так интересуется этим делом? Что ему до Раскатова? Да, убийство довольно громкое и непременно получит огласку, но это епархия Департамента полиции! Совершенно точно, что не политического сыска и не Шувалова! И все же…
А граф, наконец, взорвался, выкрикнув ему в лицо:
- В своем ли вы уме, Кошкин?! Я трачу время на круглого идиота, раз вас нужно учить, как добывать показания у тех, кто смеет ставить условия!
- Но она ведь женщина…
- Она не женщина, она убийца! Нет у убийц ни пола, ни возраста!
От растерянности взгляд Кошкина снова упал на графа. Чего он от него хочет? Чтобы он запугал ее? Применил силу? Добыл эти чертовы показания, не выбирая способов?
Разумеется, Кошкин, будучи одной из шестеренок механизма под названием «царская охранка», отлично разбирался в ее методах и знал, что головой здесь работают мало - в основном грубой физической силой. Так проще, быстрее и надежнее. Ибо никаких ресурсов не хватит вести тонкую психологическую игру с Ванькой-Гвоздем, который этим самым гвоздем колет людей в подворотнях - просто так, куража ради. Или с сыном лавочника Ефимова, который на допросе смеется в лицо рыдающей изнасилованной им девице четырнадцати лет и утверждает, что та потаскуха и все врет.
Нет, цель оправдывает средства!… Кошкин часто повторял себе эти слова, как молитву, в моменты сомнений и всегда приходил к выводу, что прав. Цель его действительно оправдывала многое. Целью, в конечном итоге, было спокойствие матери и сестры на улицах Петербурга.
Но сейчас… ему казалась кощунственной одна лишь мысль, что нужно сломать эту женщину, не сломленную пока что, но уже к тому близкую. Нет, не сделает он этого и другим не позволит. Она - не убийца! Если Шувалов не понимает, то лишь потому, что он, Кошкин, недостаточно четко изложил все факты в своем рапорте.
Работать ему следует тщательней!
Однако глядя в синие глаза Шувалова, Кошкин видел, что бесполезно сейчас выкладывать ему свои соображения, не подкрепленные ничем. Нужно выторговать время… Чтобы к следующему своему докладу собрать как можно больше доказательств, оправдывающих Раскатову.
- Она все же титулованная особа, - ответил он, наконец, вполне ровным голосом и с успехом выдержал взгляд Шувалова. - С нею нельзя так, как с прочим нашим контингентом.
