В зале «Тритон» гремит электронная музыка, но это не мешает двум стоящим у стены аборигенам с ухмылкой разглядывать тебя. Красивые девушки в коротеньких юбках и лифчиках пристально наблюдают за твоей реакцией, ожидая интересного предложения. Сломай мой страх — вот как ты можешь уйти из этого места без лишних приключений....
Не успеваю ответить, как одним резким выпадом Майский погружается в меня.
Еще движение, и внутренние мышцы напрягаются от того, как сильно их растянули.
— Вот здесь я хочу быть всегда, — выдыхает сквозь зубы, замирая и давая минутку на привыкание.
Обхватываю своего мужчину за шею покрепче и расслабляюсь, полностью доверяясь и подчиняясь.
Улавливает этот момент. И будто с цепи срывается.
Начинает двойную атаку. Резкие толчки и глубокие поцелуи, когда перехватывает дыхание, увлекают в водоворот страсти и похоти.
- Кончай, — резкий приказ заставляет беспрекословно подчиниться.
Отправляет за грань. А через пару секунд и сам следует за мной.
Тело расслабляется, и, если бы не крепкий мужской захват, точно соскользнула вниз. Потому что и руки, и ноги трясутся.
Душ принимаю чисто символически, опираясь на большое и сильное тело. Вот уж кто всегда в форме, даже после секса.
Хотя, в случае Игната применимо «особенно после».
— Пойдем, ленивец, — подкидывает вверх и относит в комнату.
Не хочу его никуда отпускать, перехватываю за руку и тяну за собой на кровать.
— Давай поваляемся пять минуток.
Хмыкает, но не сопротивляется, разваливаясь рядом.
— Ты совсем не устал за неделю? — подкатываюсь под бок и глажу по колючей щеке. После секса хочется немного нежности и ласки.
— Нет, нормально, — ухмыляется и делает вид, что прикусывает пальцы, которыми я вожу по его губам.
Рабочая неделя действительно оказалась длинной, а у начбеза еще и очень насыщенной. Мы так и ездили все дни на его «Audi», но в основном даже на обеде не пересекались. То он отсутствовал. То совмещал перекус с деловой встречей, и тогда я сама отказывалась там быть. А пару вечеров подряд Игнат привозил меня домой и сразу уезжал обратно, возвращаясь около двенадцати ночи.
Сумасшедший график. Но, кажется, он к нему привык.
Хотя, стоит ли удивляться? Когда живешь один и не имеешь ограничителей, возвращаться домой не спешишь.
— У тебя всегда такая напряженная работа? — уточняю, чтобы знать, чего ждать в будущем, и посильнее заворачиваюсь в большое махровое полотенце.
Разгорающийся взгляд сексуального маньяка так и бросается в глаза, заставляя поскорее прикрывать все стратегически важные места.
