В Арсения Кирилловиче жила вечная тревога и страх за свою жизнь. Шаг за шагом он ускользал от своих подозреваемых, а сам оставлял следы, как будто следовал по инею. Однажды он неожиданно пригнулся к забору, прячась от чья-то тени, когда внезапно услышал знакомый бас. Здесь начинается Сломанная тень — описательный роман о страхе и слежке в весеннем Петербурге....
Чуть не на ходу из нее выскочил Дашкин:
– Илья Андреевич! Илья Андреевич! Глядите! Вот что мне под входную дверь подкинули!
– Князь Дашкин! – Тоннер представил Арсения Кирилловича Терлецкому. – Прошу простить, князь, этого человека я представить вам не могу – врачебная тайна.
Доктор затащил князя обратно в карету, где в свете фонаря прочитал очередное послание шантажистки. Учитывая новое положение князя, она требовала уже сто тысяч. Завтра в восемь вечера князь должен зажженной на подоконнике свечой дать сигнал о готовности денег.
– Езжайте домой, ложитесь спать. Завтра, клянусь, я привезу вам это письмо! До встречи, князь!
Дашкин долго еще сидел в карете, сжимая письмо, и только когда гулящая девка, приоткрыв дверцу, принялась расписывать ему свои способности, опомнился и поехал домой.
Тоннер, вернувшись к себе и перекусив, быстро настрочил письмо – текст придумал еще дорогой.
– Отнесешь на почту. Спозаранку! – наказал Илья Андреевич Даниле, протягивая запечатанный личной печатью конверт.
Тот, прочтя имя адресата, перекрестился:
– Она ж умерла!
– Вот и отлично! Значит, непременно прочтет!
Данила с тревогой покачал головой.
Глава двадцать девятая
– Батюшки! Денис Кондратьевич! – женским голосом воскликнул ангел с золотым нимбом вокруг головы. – Слава богу!
– Катерина! – узнал Угаров.
– Побегу Илью Андреевича обрадую! Жаль, Данила уехал! Весь за вас испереживался!
– Где я?
– В больничке! С крыши вы упали, поломались! Может, пить хотите?
Денис попытался сесть, но боль острыми крючьями вцепилась в спину, спицей пронзила ногу.
"– Осторожней, Денис Кондратович! Попить вам принести? – повторила Катерина.
– Ага! – согласился Денис. – И поесть!
– Мигом обернусь! – обрадовалась служанка.
Угаров прикрыл глаза, чтобы помолиться, поблагодарить Господа за спасение, и услышал, что кто-то храпит сбоку. Денис осторожно повернул голову. Оказалось, что больничную палату он делил с многопудовым богатырем, еле умещавшимся на сдвоенных кроватях.
– Вот ты где! Насилу сыскал! – раздался знакомый неприятный голос. Денис повернул голову. Яхонтов!
– Убирайтесь! – язык плохо слушался Дениса.
Петр Кузьмич, словно не слышал, присел на кровать и развернул вчетверо сложенный листок.
– Слушай внимательно и шевели мозгами! Показания служащих балабинского трактира: некий молодой человек ворвался туда вчера вечером и с пистолетом гонялся за одним из постояльцев.
