Внутри сразу становится ясно, что именно здесь ожидает путешественника: холодные лучи неоновой подсветки освещают грязный зал с полупустыми стойками и пустыми корзинами. Перед глазами виднеется лишь один загадочный символ на стене - сердце. Здесь такая тишина, что можно услышать собственное сердцебиение — будто оно тоже неистово зелёным светом вывешено над входом, с потеками грязи и разбитыми стаканчиками....
Да, и теперь уже я поздравлю его с днем рождения.
К таким красивым и впечатляющим жестам, как у него, я, конечно, не готова, но дорог ведь не подарок, а внимание. Правда, что ему подарить – большой вопрос. Что нужно двадцатилетнему парню, у которого всё есть? И об интересах которого я ровным счетом ничего не знаю."
"Ломаю голову весь день, а утром в пятницу заезжаю по пути в «Читай-город» и забираю сделанный накануне интернет заказ – подарочное издание лучших судебных речей. Между прочим, тоже недешевый, но такой роскошный… мне даже самой себе такой же точно захотелось.
Но это ещё не всё. Порядком поколебавшись, я всё же осмеливаюсь надеть на семинар кулон Артёма. Надеюсь, он увидит – и всё поймет. А что не поймёт – то скажу словами…
Приезжаю в универ, и меня вновь охватывает волнение. Но лишь до тех пор, пока не начинается семинар. Потому что Шаламов на пару не приходит. И неожиданно для себя самой я расстраиваюсь.
– Шаламов опаздывает или отсутствует? – спрашиваю у его друзей, хотя откуда-то сама знаю или чувствую – его нет и не будет.
– Валерия Сергеевна, простите Артема, – отвечает Лена Свиридова. – У него просто сегодня день рождения.
– Значит, пропуск, – холодно резюмирую я и ставлю пометку в журнал посещаемости.
– Ой, ну ладно вам… – тянет она.
– Тихо, – пресекаю я её и перехожу к теме семинара.
Пытаясь скрыть разочарование, веду занятие почти на автомате и вздыхаю облегченно, когда пара заканчивается и все расходятся. Слышу, как Свиридова и остальные, уходя, между собой переговариваются:
– Что, во сколько Тёмыч сказал нам подъезжать?
– К шести, – деловито отвечает Лена, которая, наверное, всё про него знает.
– Оторвёмся хоть нормально…
Они, такие веселые и радостные, выходят, а еще несколько минут сижу за своим столом так, словно на меня навалилась тяжесть и нет сил встать. Ну вот чего я так расстроилась? Всё правильно, он и должен отрываться с друзьями в такой день. Пока молодой и беззаботный.
Но я вдруг так остро почувствовала эту огромную разницу между нами.
Глупо и стыдно.
Уперев локти в столешницу, закрываю лицо ладонями. Тру лоб, переносицу.
