Внутри сразу становится ясно, что именно здесь ожидает путешественника: холодные лучи неоновой подсветки освещают грязный зал с полупустыми стойками и пустыми корзинами. Перед глазами виднеется лишь один загадочный символ на стене - сердце. Здесь такая тишина, что можно услышать собственное сердцебиение — будто оно тоже неистово зелёным светом вывешено над входом, с потеками грязи и разбитыми стаканчиками....
Но как бы я ни сопротивлялась, понимаю, что всё это тщетно. Однако все равно до последнего не сдаюсь, извиваюсь, выкручиваюсь в их руках.
И тут в поле моего зрения случайно попадает Игорь. Он жмется к своей тойоте и наблюдает за происходящим с перекошенным лицом. Его, видимо, обуял шок и ужас. Я собираюсь крикнуть ему, что срочно связался с Васильевым – уж тот разыщет меня… надеюсь.
И вдруг кто-то стрелой подлетает сзади и бросается на первого амбала. Они падают, и я вижу, что это Артём Шаламов. Громила вскакивает, хватает моего мальчика и так жестоко его ударяет, что его сгибает пополам.
Но Артем почти сразу поднимается и вновь упрямо набрасывается на этого урода. А ведь он такой худенький по сравнению с ним, в два раза меньше. Просто никаких шансов…
Однако Артем вцепился в громилу и не отпускает, как тот ни пытается его достать или скинуть. Но тут второй отпускает меня, ныряет к машине, а затем я в ужасе вижу у него в руках монтировку. Я в ужасе кричу. Я от ужаса просто задыхаюсь.
Цепляюсь за рукав, висну у него на руке, но он отталкивает меня, и я валюсь в снег. Вижу, как он подскакивает сзади Артема, как заносит монтировку, зажмуриваюсь и кричу: «Нееет!», как будто это может их остановить. А когда открываю глаза – мой мальчик уже лежит ничком, а эти уроды бьют его ногами. Их теперь трое, здоровые, мощные, озверевшие в своей жестокости.
– Артёёём! – вырывается у меня из груди крик. – Перестаньте! Прекратите! Сволочи! Твари!
Исступленно колочу кулаками по их спинам, пытаюсь оттянуть за куртку одного, другого, но уроды меня с такой небрежной легкостью отталкивают.
Обезумев от ужаса, я зову что есть мочи на помощь. И слышу, словно в ответ на мой крик, протяжный громкий звук клаксона. Бросаю в надежде взгляд на звук. Но это сигналит Игорь . Поднимает шум. Только вот двор почти пуст. А если кто и идет мимо, то ближе не подходит.
Я готова уже сесть с этими ублюдками в их чертову машину, ехать куда угодно, только бы они прекратили избивать Артёма.
Снова цепляюсь, обламывая ногти, за чью-то куртку, уже не разбираю – чью. Потом вижу, что это блондин, который вчера преследовал меня.
Он разворачивается, хватает меня за волосы, тянет в сторону и вниз. И вдруг резко вскрикивает, выпускает меня и даже отскакивает. Одновременно слышу рык, а потом отрывистый лай. Собака моей соседки, Зои Ивановны.
