Внутри сразу становится ясно, что именно здесь ожидает путешественника: холодные лучи неоновой подсветки освещают грязный зал с полупустыми стойками и пустыми корзинами. Перед глазами виднеется лишь один загадочный символ на стене - сердце. Здесь такая тишина, что можно услышать собственное сердцебиение — будто оно тоже неистово зелёным светом вывешено над входом, с потеками грязи и разбитыми стаканчиками....
Ну да, двойки она не ставит, но таким взглядом припечатывает, что не дай бог.
Ленка молча придвигает ко мне свою тетрадь с конспектом лекции, но я успеваю прочесть от силы половину, как Лера вдруг обращается ко мне.
– Шаламов.
Поднимаю на неё глаза и напарываюсь на такой убийственный взгляд, что не по себе становится. Так смотрят на заклятого врага, которого держат на мушке и вот-вот прикончат. Ну или типа того.
Я обескураженно хмурюсь, но в следующую секунду Лера уже смотрит по-другому.
– Расскажи нам о субъектах доказывания.
Я до этого еще не дочитал. Но изо всех сил напрягаю мозг, пытаясь вспомнить что-нибудь по теме из прошлых курсов, ну или логически домыслить…
Лера тем временем подходит ближе, становится в трех шагах напротив меня, скрестив руки на груди.
– Простейший вопрос, – цедит она язвительно, – занимает у вас, господин Шаламов, так много времени и так много усилий. А ведь это основа основ. То, что вы должны знать со второго курса…
– Субъекты доказывания – это те, кто осуществляет доказывание, – наобум и почти в отчаянии отвечаю я.
– И кто же это? – выгибает она насмешливо бровь.
– Прокурор, следователь, дознаватель…
– И всё? А подозреваемый, обвиняемый, потерпевший? А защитник? Им ничего доказывать не нужно? Они для массовки в суде участвуют? Просто безмолвно посидеть послушать? Прямо как вы.
– Ну нет… тоже…
– Тоже что?
– Они тоже субъекты доказывания, – смотрю на неё и не понимаю. Откуда столько желчи? К чему вдруг эти нападки?
– И чем эти субъекты различаются? Или ничем?
Ленка под боком шепчет:
– У первых доказывание – обязанность, а у вторых – право…
Я повторяю за Свиридовой.
Смерив меня таким взглядом, будто я распоследнее ничтожество, Лера язвит:
– В суде вам тоже подружка под боком будет подсказывать, что и когда говорить?
Потом продолжает холодно:
– Юрист обязан не только знать азы законодательства, но и легко ориентироваться в массиве нормативных актов…
Она чеканит каждый слог, перечисляя, что мы должны знать и уметь, и при этом испепеляя меня презрительным взглядом.
А у меня все её слова слились в кашу, а в ушах стучит только собственный пульс, бешеный как пулеметная очередь.
