Внутри сразу становится ясно, что именно здесь ожидает путешественника: холодные лучи неоновой подсветки освещают грязный зал с полупустыми стойками и пустыми корзинами. Перед глазами виднеется лишь один загадочный символ на стене - сердце. Здесь такая тишина, что можно услышать собственное сердцебиение — будто оно тоже неистово зелёным светом вывешено над входом, с потеками грязи и разбитыми стаканчиками....
⠀
А потом смотрю вниз и вижу, как во двор въезжает такси с логотипом Яндекс Гоу. Останавливается возле подъезда, потом из машины выскакивает какой-то шустрый чел. Огибает тачку, распахивает с другой стороны дверцу, и выходит Лера."
"Я сразу напрягаюсь. Присматриваюсь – а это Карлсон. И прямо каменею на этом ср*ном подоконнике. Чувствую, как в висках начинает стучать кровь, и непроизвольно стискиваю челюсти до боли. Это она с ним где-то была? За грудиной печет. И я отхлебываю еще вина. В бутылке уже меньше половины.
Пару минут они стоят вдвоём, говорят о чем-то, но такси не отпускают. Значит, она его не приглашает подняться? Но все равно – с чего это он её провожает? И где они были?
Наблюдаю за ними неотрывно из окна и почти не дышу. Блин, если он только её поцелует, у меня точно башню снесет.
Тут Карлсон берет её за локоть. Но Лера сразу высвобождает руку и отклоняется назад. Даже отходит на шаг. И меня потихоньку отпускает.
– Вали отсюда, – шепчу ему, как будто он может меня услышать.
Я слышу её неспешные шаги. Слышу, как она поднимается. И с каждым ее шагом у меня в груди подпрыгивает и переворачивается сердце. Наконец я её увижу… Я же целых две недели её не видел!
Блин, только б не прогнала…
Она уже на втором этаже. Вижу её, но она меня пока нет. Но вот поднимает глаза, и мы встречаемся взглядом. И вдруг понимаю, что бы она сейчас ни сказала – никуда я не уйду.
Лера не выгоняет, приглашает к себе, и я почти уверен: у нас всё будет. Что бы она ни говорила – я чувствую это… не знаю уж что именно, взаимное влечение, притяжение или как ещё это назвать, но оно есть. Оно как электромагнитное поле. Тянет внутренности и закручивается в животе спиралью, жжет и зудит на кончиках пальцев.
В темпе принимаю душ, и от одной мысли, что сейчас снова почувствую её кожу, её запах, её вкус ведёт неимоверно. Член тут же оживает, тяжелеет, и приходится ждать, когда приляжет. Притяжение притяжением, но выходить с ним вздыбленным как-то неловко.
Вспоминаю, как с отцом вчера в это же время примерно бродили в лесу, и сразу успокаиваюсь. Оборачиваюсь полотенцем и выхожу.
