Девушка никак не реагировала на заливистые трели — спала глубоко и спокойно. И если бы сейчас Захар пристроился к ней сзади и скоренько так совершил обыкновенное мужское дело, то она вряд ли обнаружила бы его вероломство.
Телефон стоял подле кровати, оставалось только протянуть руку и достать трубку. Но на это требовалось колоссальное усилие и напряжение всех волевых качеств. А этот чертов телефон звонил, не переставая, и вгрызался сердитой музыкой в подкорку.
Захар оторвал взгляд от обнаженного тела Инны и, подавив в себе нешуточный аппетит, поднял трубку.
— Слушаю, — произнес он сонно.
— С кем разговариваю?
— Вспомни своего дружбана по интернату, — почти торжественно раздался голос Матвея.
Сон пропал мгновенно, словно его только что окатили колодезной водой.
Окончательно проснувшись, Маркелов присел на край кровати.
— Ты где? — спросил Захар, помня о том, что два дня назад Кузьмич проверял его трубку на наличие «жучков». Телефон оказался чист.
— Ага, слышу, очухался. Спасибо тебе, ты многое для меня сделал.
— Не надо об этом, ты для меня сделал не меньше. Давай быстро ко мне, расскажешь все как есть. Я один… почти.
— Понимаю, — в голосе Матвея прозвучали одобрительные нотки. — Только я ведь уже не в Москве. Звоню тебе по межгороду. Со мной все в порядке. Завтра в «Криминальной хронике» появится сообщение, что я убит при попытке к бегству. Ты этому не верь. В общем, я жив и здоров, чего и тебе искренне желаю.
— Когда мы с тобой встретимся?
— Честно говоря, не знаю, — после некоторой паузы протянул Матвей. — Скажем так, я тут заключил кое-какой контракт, и мне нужно его отработать.
— Ты будешь хоть позванивать? — с надеждой спросил Маркелов.
Вновь недолгое молчание. В этот раз голос Матвея зазвучал менее уверенно:
— Буду звонить по мере возможности.
— С тобой действительно все в порядке? — встревоженно спросил Захар.
— Не хочу сказать, что я счастлив от предстоящей жизни, но, во всяком случае, это гораздо лучше, чем гнить где-нибудь заживо за Полярным кругом. А ты молодец, так держать. Обнимаю тебя.
Захар не успел попрощаться, в трубке ударили короткие навязчивые гудки.
— Что-нибудь случилось?
— Спи. Так, пустяки.
Уснуть уже больше не получится, это уж точно. Захар поднялся. Взял со стула брюки, здесь же висела рубашка. Подумав, решил надеть и ее. Застегивать не стал. Босиком, позабыв про стоящие у кровати тапочки, прошел на кухню.
Включил электрический чайник, который мгновенно и негромко зашумел.
Инна уже спала.
