Принцесса Александра соглашается на династический брак с Императором Руамаром для мира двух империй. Между ними разворачивается сложная интрига, где личные желания сталкиваются с необходимостью сохранения мира. Брак несет в себе множество неразрешимых противоречий и скрытых тайн.
Я едва подавила желание запрокинуть голову и взглянуть на Руамара, а тот выдерживал паузу, явно давая возможность подданным высказаться. На удивление, возможностью не воспользовался никто: все ворчали, но – себе под нос или соседу, не рискуя выказывать возмущение вслух. Одна только Шарра продолжала задумчиво улыбаться, разглядывая то нас, то стоящих вокруг мужчин.
– Возражений, я так понимаю, нет? – иронично уточнил Руамар.
– Мы бы не посмели, ваше величество, – наконец подал голос один из оборотней, наполовину седой, но довольно моложавый на вид мужчина, стоявший рядом с Инварр-аром. Он напряженно хмурился, но выглядел при этом не раздраженным, а скорее встревоженным. Его лицо показалось мне очень знакомым; скорее всего он был в составе той делегации, которая прибывала для обмена принцессами. Да и раньше я его, похоже, где-то видела. – Но не кажется ли вам такое решение излишне поспешным?
– Наоборот, Иммур, оно кажется мне более чем своевременным, – отмахнулся император. «Пока вы не очнулись», – едва слышно хмыкнул себе под нос сосед справа. – Поэтому, чтобы не откладывать, клятвы вы принесете сейчас. Кто первый?
Несколько секунд висела тишина, а потом с места поднялась, уже вполне откровенно ухмыляясь, Шарра.
– Позвольте мне, ваше величество? Женщин вообще принято пропускать вперед, а уж когда мужчины трусят – особенно, – язвительно протянула она, обводя присутствующих насмешливым взглядом. – Я, Шарра Нойр-ан, вверяю свою жизнь и волю Александре Шаар-ан по праву старшей крови, – пристально глядя на меня, серьезно проговорила женщина и, выпустив коготь, полоснула себя по тыльной стороне ладони. Странно, но мне в этот момент почудился характерный железистый привкус на губах.
Бросив на нее непонятный – не то раздосадованный, не то обиженный – взгляд, полоснул себя по запястью тот седой, который высказывался о поспешности принятого императором решения.
– Я, Иммур Таан-вер, вверяю свою жизнь…
– Я, Мунар Инварр-ар…
Дальше в порядке живой очереди этот нехитрый ритуал принялись повторять все присутствующие, заодно предоставляя мне возможность запомнить их имена. Кое-какие, к слову, уже были знакомы; например, Иммур Таан-вер, чье лицо сразу показалось мне знакомым, являлся министром внешних связей, и я даже вспомнила, что он пару раз бывал при дворе отца. Я в протокольных встречах не участвовала, но мельком видела.
И еще одно имя показалось мне знакомым: Изур Ордар-вер.