– Я смотрю, Лука дольше всех из друзей продержался.
– Неа, – Егор кивает в сторону байкеров, – там еще вариантов хватает. Кстати…
Он начинает перечислять список свободных, я изредка гляжу в указанном направлении. Ну и так, в общем, осматриваюсь. Все на виду, кроме одного человека. И его нет довольно долго.
– Странное дело, – делюсь наблюдениями, – обычно воруют невесту, а тут, похоже, украли отца жениха.
– Все еще более странно, чем ты думаешь, – хмыкает Егор у меня над душой. – Я тут заметил закономерность. Матвей Сергеевич исчезает почти сразу, как подхватит твой пончик.
Я не беру эту закономерность в расчет, а потом… Ну, праздник долгий, так что мне представляется случай увидеть, как объявившийся Матвей Сергеевич подхватывает мой пончик.
– Видела? – шурша у меня чем-то над ухом, спрашивает Егор. – Какие выводы?
– Угу, – бормочу я, наблюдая за тем, как минут через десять Матвей Сергеевич удаляется в дом. – Путь к сердцу мужчины лежит через желудок. А уж как желудок распорядится вашим даром, не ваша проблема.
Егор чем-то давится, а потом начинает трястись так, что эту качку я уже не выдерживаю. Поднимаюсь со стула с твердым намерением пересесть и наконец выпить шампанское.
– А сейчас нас всех порадуют танцем свидетель и свидетельница! – как будто только того и ожидая, разносится чей-то голос.
Егор резко стихает. Мы синхронно поворачиваем головы и смотрим на какого-то мужичка в возрасте, восточной национальности.
– Что?! – выдыхает потрясенно Егор. – Это и есть тамада?! А кто тогда тот мужик, в которого я влил годовой запас виски Гномьего бара?! Он же признался, что тамада – он!
– А где тот мужик? – шиплю я и с улыбкой, как и мой напарник, приближаюсь к новоявленному тамаде. – Давай их сравним. Или предъявим друг другу.
По пути я заглядываю под столики и слышу обиженное:
– Я же не монстр. Я его в холле, на диване пристроил. Слушай, а может, то какой-нибудь важный гость? Матвей Сергеевич его обнаружил и теперь носит ему закусить?
Новый диван. Ковер. Рыжие цветы. И пьяный мужик, которому прислуживает сам Яров?!
– Мне легче представить, что Матвей Сергеевич, обнаружив этого мужичка на диване, уже его в саду где-то тихо прикапывает и ходит время от времени поминать.
Тамада вручает нам костюмы. Увидев, что у Егора халат, я передумываю возмущаться и, скинув пиджак, смиренно набрасываю поверх одежды бесформенную тунику. Покрутив головой и не заметив хозяина дома, понимаю, что сейчас самый удачный момент, чтобы не повышать градус позора.
