Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Она так вымоталась, что уснула прямо за столом. Сидела, рассказывая, как они с братом отправились в Нижние горы, потом положила голову ему на плечо, и незаметно уснула, где-то на середине пути.
Ренцо поднял ее на руки, стараясь не будить, отнес в кровать. Так и лежал до утра, обнимая, боясь отпустить, боясь даже вздохнуть неловко, все казалось, что стоит отвернуться, и морок исчезнет. А она тихо спала, пригревшись у него на груди, иногда чуть вздрагивая во сне.
Его лисичка. На самом деле лисичка.
Как же она добралась? Столько дней пути…
Сильная, настоящая джийнарка.
Ургаты были оборотнями, только эта способность утеряна давным-давно. Мэй говорила — Юттар может обернуться драконом. Огромным, с крыльями в полнеба. Юттар…
У них там что-то пошло не так, в горах, Мэй толком не успела рассказать. Мэй не получила всего, что надеялась получить. Так, краем ухватила. Теперь она может больше, чем могла раньше, но все равно… Умение оборачиваться — не то, ради чего она спускалась на самое дно Нижних гор.
И Юттар… Что-то не так… Мэй расскажет завтра, или потом, у них еще будет время все рассказать.
Лисичка.
Она ехала верхом, в сопровождении своих людей, почти до самый обжитых микойских земель на границы степи. А дальше — обернувшись лисой. Так безопаснее… Как же он отпустит ее в лес, когда придет время уходить? Он же с ума сойдет от волнения.
Пока Мэй спала.
Тихо сопела ему в плечо…
А утром солнце разбудило ее. Теплый луч из окошка скользнул по золотым волосам, по щеке, и Мэй проснулась. Такая мягкая и теплая ото сна.
И от ленивого утра не осталось следа, огонь внутри вспыхнул, как сухая солома.
Рубашку на ней он, кажется, порвал. Хотел снять аккуратно, но не хватило терпения, дернул… Быстро и жадно, словно можно не успеть, словно вот прямо сейчас надо наверстать за весь упущенный год. Мэй смеялась, ей нравилась такая игра. И так сладко стонала, подаваясь всем телом ему навстречу. А потом вдруг резко перевернула его на спину, оказавшись сверху, упираясь ладонями в его плечи, прижимая.
Потом ему, конечно, нужно было идти… дела. Но сегодня, дел не так много, можно разделаться побыстрее, а часть отложить. И снова вернуться к ней. И Мэй будет ждать его дома.
У них есть несколько дней.
Он проснется сейчас, и это чудо исчезнет…
Но Мэй не исчезает, улыбается, кладет голову ему на плечо.
