Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Еще немного, и разнесли бы дом. Из-за чего? Из-за ерунды, как это обычно бывает.
Просто Ренцо вернулся поздно, и от него пахло вином. Нет, он вовсе не был пьян, даже близко, выпил, может быть, пару бокалов, не больше, но Мэй почувствовала. Она что-то фыркнула по этому поводу, он ответил… и пошло. Она понимала, что квестор — помощник легата, что в его подчинении почти пять тысяч человек, и нужно решать массу вопросов. Не все удается закончить вовремя, бывает, что затягивается допоздна. И да, где-то там между делом можно выпить бокал вина… или просто за ужином.
Да, Ренцо мог бы предупредить Мэй, что вернется поздно. Мог бы отправить кого-то, сказать ей. Рассвет скоро! Она волновалась!
Пожалуй, она наговорила ему куда больше обидных слов, чем он ей. Ренцо держался. Хотя она отчетливо видела, как его прямо распирает от желания сказать, что он вообще ничего ей не должен, и какого черта!
Не сказал.
Но не должен. Она прибежала сюда сама. И все понимает.
Да, сейчас не самое удачное время.
Да, Ренцо устал. Потому, что днем он в легионе, а ночью с ней, и на сон совсем мало времени. И нет — он не жалуется, потому, что безумно рад ей.
Мэй сама не понимала, чего именно хочет. Тоже устала. Устала так жить. Буквально силой вырывая у судьбы каждый день вместе. Устала от неопределенности. От давления со всех сторон. От своей неудачи в Нижних горах и несбывшихся надежд.
И просто горячий непримиримый джийнарский темперамент наложился на такой же горячий илойский.
Когда она всхлипнула в сердцах: «Да что я вообще тебе только мешаю! Мне пора домой!» он вдруг полез в сундук за вещами. Не за ее, за своими.
И сердце оборвалось.
— Что ты делаешь? Ренцо! Куда…
— Поедем, — жестко сказал он. — Давай, поедем вместе. Сейчас.
— Куда?
Стало страшно.
Он снял форменный сюртук, принялся расстегивать рубашку, чтобы переодеться в гражданское.
Сейчас? Ночью? Куда можно ехать?
Он хочет выгнать ее? Он же обещал проводить…
— В горы, — сказал Ренцо.
— Нет! — тогда она испугалась по-настоящему. — У тебя же дела в легионе! Ты не можешь ехать сейчас!
— Они обойдется без меня. Найдут другого. В Илое полно куда более достойных людей.
