Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Юттар прислал охрану? Или они сами попытаются перехватить?
Ренцо старался вести Мэй по самым шумным и оживленным улицам, никто не станет открыто нападать в толпе.
Но ждали их дома. На лестнице.
Ренцо шел первый, но Мэй раньше почувствовала их. За поворотом лестничного пролета, в нише, стояли тихо и неподвижно. Мэй молча и резко дернула за руку, назад и вниз, Ренцо успел пригнуться. И тут же в стену, рядом с тем местом, где только что была его голова, грохнул топорик, кроша кирпичи.
Ренцо еще успел перехватить руку с топором и, ударив по ногам, перебросить через себя, спустив первого с лестницы.
— Стоять. Тихо, — велел человек с арбалетом. — Иначе я размажу по стене твои мозги. Топор брось.
Он стоял на три ступеньки выше и арбалет держал почти на вытянутой руке. Небольшой и не особо мощный арбалет, но мощность с такого расстояния не важна, чтобы пробить голову в упор — хватит любой игрушки. Тяжелый.
Если рядом действительно были джийнарцы — могут ли они понять и прийти на помощь? Одному Ренцо будет тяжело.
Тот, что был с топором, грязно ругаясь, поднялся на ноги.
Вниз не убежать.
— Топор брось!
Мэй прямо за спиной. Стрелять человек не очень настроен, и, будь Ренцо один, то мог попытаться отвлечь, дернуться в сторону и увернуться. Но Мэй может не успеть. Или… Она умная и быстрая девочка.
Если помощь придет — можно попытаться потянуть время.
Ренцо медленно наклонился, делая вид, что собирается положить топор.
— На два шага влево, Мэй, — шепотом, тихо-тихо, по-джийнарски, — и пригнись.
Она слушается. И сам вправо, хоть на полшага — главное, чтобы не задело ее.
Рукоять у топора длинная… Ренцо примерился.
— Не двигайся! Просто брось. Что ты болтаешь?
— Прощаюсь. Бросить?
— Бросай!
— Хорошо.
Кисть руки вниз и чуть назад, позволяя рукояти почти выскользнуть, качнуться, но ухватить за самый край.
— Так? — глядя ему в глаза и широко улыбаясь.
И со всей силы крутануть вверх, прямо в арбалет, выбивая из рук. Пригнуться. Пружина срывается, и стрела со свистом проносится у самого уха. И Ренцо бросается вперед. Следующий его удар топором в голову — арбалетчик не успевает перезарядить и защититься толком не успевает.
— Мэй, наверх! — орет Ренцо.
Едва успевает развернуться, потому что сзади обрушивается тяжелый палаш. В сторону, и отбить атаку.
