В темном проходе скрывается опасность: молодая служанка-леди бежит от врагов, прячется за поворотами и никогда не знает, когда остановиться. Опасное приключение тянется на протяжении каждой узкой улочки, каждых плаща штриха и каждого крашеного лица на противоположной стороне дороги....
Эрсанн просто развернул немного кресло, чтобы видеть меня. Под их перекрестными взглядами я чувствовала себя все более неуютно.
— Поговорим о тебе? — словно в задумчивости, произнес Морвейн-старший.
И снова его палец начал водить по краю бокала, отвлекая мое внимание. Кто скажет, почему от такого простого жеста вдруг бросило в жар? Воспоминание о том, как эти же пальцы гладили мою шею, пришло не сразу… Но пришло. Я поспешно глотнула настойки, чтобы хоть как-то отвлечься от волнения.
— Была когда-нибудь замужем?
Первый вопрос Эрсанна чуть не вызвал облегченный вздох.
— Почти, — ровно ответила я.
История давняя, не очень красивая, и вспоминать не хотелось. Но, похоже, придется.
— В смысле, почти? — Лорес поднял брови, в его голосе слышалось недоумение."
"— За неделю до свадьбы я застала жениха с моей свидетельницей, — сухо ответила я, уже не испытывая никаких особых эмоций от воспоминаний. Немного неприятно, не более.
— И как давно это случилось? — задал следующий вопрос Эрсанн.
— Три года назад, — мой взгляд не отрывался от огня в камине — так проще не думать о взглядах Морвейнов и не дергаться в ожидании дальнейших расспросов.
— За это время неужели не нашлось подходящего мужчины? — хотя тон Эрсанна звучал нейтрально, ощущение допроса не покидало.
— Нет, — я поджала губы, привычно подавив недовольство.
Вспыхнули старые обиды, перед глазами пронеслись те, кто пытался завести со мной знакомство, с кем я пыталась общаться в надежде на лучшее. И каждый раз разочарование становилось только глубже, так, что в конце концов, я вообще оставила это дело. В кафе или барах игнорировала попытки познакомиться. И знаете, так спокойно на душе стало, как прекратила налаживание личной жизни, что даже меланхолия отступила. Занялась осуществлением давних желаний и увлечений, и про мужчин почти не вспоминала, привыкнув к свободе и одиночеству.
— Почему? — в лоб спросил Лорес.
— Привереда? — с усмешкой тут же добавил Эрсанн, и я вскинулась, возмущенно уставившись на него.
— Почему сразу привереда? — вырвалось у меня. — Не привереда, но если вокруг нет нормальных мужиков, зачем впускать в жизнь абы кого?.. — осеклась, остановив поток привычных слов и мыслей.
Нашла, кому высказывать размышления свободной холостячки.
