Афганистан, где стены бараков звенели от долгого времени, а свет в ночи был лишь отражением оранжевых фонарей, ярко выделяющихся на фоне темной дуги горизонта. Среди ровных рядов стрелков и радистов капитан Неверов выходил из модуля с холодной воды, словно оттуда искалеченная ткань полотенца только что обдувалась ветром. На нем были спортивные брюки и кроссовки — готов он был к любому происшествию на этой войне....
Превратив лицо женщины в сплошное кровавое месиво, он протер о куртку кастет, снял его и положил в карман. Посмотрел в сторону машины.
У кабины, так чтобы не быть заметным через зеркало заднего вида, притаился Жорик с острым тесаком в руке. Пахом, пригнувшись, направился к трассе. Его увидел подельник и жестом подал знак остановиться. Пахом встал за деревом у кювета. Ждать бандитам долго не пришлось. Водитель открыл дверку, крикнул в темноту:
– Натали? Ты чего, канат, что ли, проглотила? Или уснула в кустах? Эй, кошка? Где ты?
Слепнев вышел из укрытия.
– О! А ты кто такой?
– Серый волк!
– Чего?!!"
"Слепнев схватил левой рукой молодого парня за майку, рванул из кабины. Водитель не удержался, полетел вниз, прямо на выставленный нож. Тесак вошел парню в сердце. Жорик усадил начавшее дергаться в судорогах тело к колесу:
– Спокойно, братишка, без шума! Не надо было тебе останавливаться здесь. Сучку захотел, кобелек? Получил сучку. А за удовольствие следует платить.
Он повернулся к лесополосе. Махнул рукой.
К нему подошел Пахомов. Взглянул на труп парня:
– Быстро ты его уделал!
– Как учили! Что со шлюхой?
– За кустами лежит. Я ей черепушку проломил. Крови много. Надо посмотреть, нет ли в кабине пакета? Башку бабе накрыть.
– Так посмотри! А я пока оттащу в лесополосу водилу.
– Из соседних машин не увидят?
– А если и увидят, то силуэты. И вмешиваться в чужие дела никто не станет. Не то время.
– Ты прав! Нынче людишки боязливые стали.
– Давай, работаем, Пахом!
Пахомов залез в кабину. Выпрыгнул с пакетом. Прикрыл дверку, вошел в лес. Прошел до опушки. Надел на голову трупа женщины бытовой пакет. Шею обвязал шнурком кроссовки. Поднял тело проститутки, понес к машине.
Слепнев ждал его. Помог засунуть на заднее сиденье и труп проститутки. Повернулся к подельнику:
– Я в «КамАЗ», документы посмотрю, приберусь немного и поутру, часов в шесть, поеду к перекрестку.
– За меня не беспокойся, знаю местечко, где спрятать трупы. Недалеко отсюда. Ты сам смотри не залети. Иногда гаишники по утрам и стоянки шерстят. Разгоняют машины, чтобы движению не мешали.
– Да и хрен с ними. Ты же знаешь, у меня есть чем шугануть ментов в случае чего.
– Все равно! Может, лучше не полезешь до обеда в тачку?
– Ага! Буду в кустах сидеть! О себе думай.
