«Человеку свойственно смеяться», – сказано у Рабле.
– Так что же такое шутка?
– Это когда двигающаяся в мозгу мысль в последний момент заменяется совсем не тем, что все представляли сначала. Так нарушается равновесие. Сознание как бы сбито с толку и выигрывает время. Анри Бергсон называл смех «механическим, наложенным на живое».
– Здесь, в этой лаборатории, мы отслеживаем зарождение механики смеха.
Доктор Скалезе просит в переговорное устройство привести подопытный объект номер 133.
Это прыщавый студентик.
– Он доброволец. Отобран по параметрам культурности, коэффициента умственных способностей и состояния здоровья.
Ассистенты кладут его на раздвижную кровать и обвешивают датчиками. По сигналу ложе вместе с распластанным телом заезжает внутрь огромного белого цилиндра.
Наружу торчат одни ноги.
Доктор Скалезе включает несколько экранов, на них под разными углами красуется совершенно прозрачная голова испытуемого. Мозг, глаза, зубы, язык, внутренность носа и ушей – все на виду.
Сначала испытуемый изумлен, потом хохочет во все горло. Цилиндр усиливает его смех гулким эхом.
Исидор видит на экране крохотную вспышку.
Доктор Скалезе увеличивает зону вспышки и замедляет кадры. Исидор не верит собственным глазам: перед ним участки, активированные анекдотом. Исходная позиция – белая точка в основании мозжечка, трасса ведет в лобную долю.
– Шутка – заряд мельчайших электрических импульсов, пробегающих из точки А в точку В. Сила тока зависит, естественно, от качества шутки.
– А возможна ли… шутка-убийца?
Доктор Скалезе удивлена.
– Нет, юмор врачует, юмор не может причинить вред. Смех – это массаж живота, он полезен для пищеварения, он активизирует желудочки и хорош для сердца, он даже участвует в укреплении иммунной системы.
Она с улыбкой пожимает плечами.
– Если сомневаетесь, побывайте в Клинике смеха, там смехом лечат шизофрению и даже эпилепсию. Существует смеховая йога, йоги смеются вместе, приходя в состояние опьянения. Здесь в такое не слишком верят, мы больше по части биохимии и радиологии.
Ассистент помогает испытуемому № 133 выбраться из белого цилиндра.
Исидор видит в уголках его глаз слезы удовольствия. Студент всех благодарит и вежливо, почти смущенно спрашивает, куда идти за деньгами.
Исидор Каценберг медитирует в номере отеля «Авенир», приняв в кресле позу лотоса.
Войдя, Лукреция Немрод обходит коллегу, как скульптуру, наклоняется и заглядывает под его кресло.
– Не обращайте на меня внимания, я ищу свой мобильный.
Поиски продолжаются. Наконец телефон найден.
– Надеюсь, я вас не разбудила, то есть не помешала вашей медитации. Простите, но без «Блэкбэрри» я чувствую себя как без рук и без головы.
Он открывает один глаз.