Автор
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Смех Циклопа»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Уникальный был человек! Один из очень немногих, до кого дотронулась своей волшебной палочкой фея Веселье. Что бы он ни сделал дальше, он принес бы окружающим больше добра, чем зла. Вы понимаете, сколько радости он всем доставлял? Его называли любимейшим французом всех французов, и на то, представьте, были причины. Довольно, отдыхайте. Когда приедем, я вас разбужу.
Крауз включает музыку. Звучат «Гимнопедии» Эрика Сати.
– Я завел вам эту музыку, потому что композитор, сочинивший ее, входил в GLH. Это нечто вроде посвящения в тему. Эрик Сати – гений! Он пытался писать юмористическую музыку. Полакомьтесь закуской, раз вы так изголодались по правде о GLH!
Лукреция слушает странную музыку.
Сидящий напротив нее Исидор Каценберг тоже размышляет.
«Супруги пришли к судье разводиться.
– Девяносто восемь, – говорит женщина.
– Сто один, – отвечает мужчина.
– Сколько лет вы в браке?
– Мы поженились семьдесят лет назад.
– Когда у вас возникли проблемы?
– Шестьдесят пять лет назад. С тех пор становится хуже и хуже, – с горечью признается женщина.
– Она только и делает, что упрекает меня, – говорит старик. – С ума сойти можно!
– Почему же вы только теперь решили развестись?
– Мы боялись огорчить детей и решили дождаться их смерти».
Из скетча Дариуса Возняка «Супружеские проблемы».
По ощущению журналистов, они едут часов шесть-семь.
Наконец машина шумно тормозит и останавливается.
Стефан Крауз открывает заднюю дверцу фургона и приказывает им надеть на глаза повязки.
Они повинуются и вылезают из фургона.
Чувствуется, что вокруг простор, овеваемый привольным ветром.
Кто-то ведет их сначала по одной улице, потом по другой, довольно крутой. Третья улица взбирается вверх еще круче, они часто поскальзываются на булыжниках. Наконец скрипит тяжелая деревянная дверь.
Они пересекают два двора.
Стефан Крауз вполголоса отдает распоряжения невидимым людям, чье присутствие рядом нельзя не почувствовать. Открывается еще одна дверь. В помещении, куда их вводят, прохладно. Лукреция инстинктивно нащупывает и сжимает руку Исидора, он не возражает.
Лязг ржавого засова вырывает молодую журналистку из мира сладостных грез. Они спускаются по лестнице. Коридор. Еще лестница. Еще коридор. Вниз по винтовой лестнице.
В теплом помещении им предлагают сесть.
Наконец-то Стефан Крауз снимает с их глаз повязки.
Они на ринге, в креслах, но не связанные, нет ни ремней, ни приставленных к виску пистолетов.
Все почти так же, как в зале, в луче прожектора, только здесь тесновато.
Они видят рядом с собой фигуру в тунике, в фиолетовом плаще, фиолетовой маске, изображающей ликование: рот до ушей, задранные брови.
За ней двое в более светлых, сиреневых плащах и туниках, тоже в смеющихся масках.
