– А что, неплохо сказано! Возьми на заметку… ха!
После чего, не теряя времени, Эми стала приводить в порядок лицо и одеваться, выбрав в шкафу старое синее платье, которое никогда ей не нравилось. Поесть она уже не успевала, но с этим можно и повременить – в любом случае голода Эми не чувствовала. Насколько можно было судить, вглядываясь в ранние ноябрьские сумерки, за окнами слегка моросило, однако, выйдя на улицу, Эми попала под сильный дождь с ветром и решила добраться на такси. Ей даже повезло остановить машину еще до того, как она дошла до угла. Перед зданием Тингли на Двадцать шестой улице Эми вылезла из такси и под дождем устремилась к крыльцу. Добралась до входа, толкнула дверь и вошла.
На пороге она остановилась, решив пока дверь не закрывать, так как света не было. Выщербленные ступени бежали вверх, в кромешную темноту. Лишь тогда Эми вспомнила про один из бесчисленных недостатков старого здания: в нем не было настенных выключателей. Она осторожно сделала пару шагов вперед, слепо водя поднятыми над головой руками по воздуху, пока ее пальцы не нащупали свисающую цепочку выключателя. Потянув за нее, Эми включила свет, прикрыла парадную дверь и стала подниматься по лестнице. Ее шаги по исстрадавшимся доскам громко раздавались в окружающей тишине. На верхней площадке Эми вновь пошарила в воздухе руками, нащупала и потянула еще за одну цепочку, только после этого преодолела оставшиеся футы и открыла дверь в приемную. Здесь тоже царила темнота.
С полсекунды она простояла неподвижно, а затем по всему ее телу пробежала мелкая дрожь.
То был мышечный рефлекс, вызванный вспышкой паники, которая пронеслась по нервам без всякой, впрочем, на то причины. Окружающая тишина вполне заслуживала называться мертвой, но дядя Артур не всегда бушевал и топал ногами, и не было никаких оснований предполагать, что в здании находятся какие-либо другие производящие шум существа. Что до отсутствия света, об этом беспокоиться и вовсе не имело смысла. Еще работая тут, Эми как-то заметила вслух, что покидать рабочее место в темноте было подобно забегу по коридорам с невидимыми препятствиями. Что ж, электричество обходится недешево, а Тингли никогда не одобряли расточительства."
"В любом случае Эми замерла на миг, трепеща на пороге тьмы. И даже ощутила почти неудержимое желание прокричать в эту тьму имя дяди, но все же совладала с собой, подавила эту слабость. Тем не менее дверь в приемную она оставила открытой и вернулась к прежней тактике: прокладывая себе путь дальше, останавливалась, нащупывала цепочку от лампы и включала свет, пока не прошла весь лабиринт перегородок до двери с надписью «Томас Тингли». За матовым стеклом кто-то уже успел включить свет, и дверь стояла распахнутой.