В глубине замкнутого острова крохотного мыса скрывалась опасность. Группа спецназа проявляла умеренную уверенность и спокойствие, даже когда последние ресурсы подавляли тревогу. За четыре дня на Саванге диверсионный отряд Фринов накапливали силы для решающего удара над военной базой....
Может, и повезет, нас не заметят...
Дрогл сполз обратно в кресло второго пилота. Съежился на сиденье маленьким комочком, нервно теребя широкие ремни, рассчитанные на людей. Теперь его лицо двигалось, уши вздрагивали, поднимались, а затем бессильно опадали, но ненадолго. Казалось, в душе гнома происходит сложная борьба. Уарн не произнес ни слова, но Соболевский видел – что-то взволновало представителя иной расы. Только чужак оставил мысли при себе.
– Зорин! – позвал Кирилл техника-инженера, скорее для того, чтобы чувствовать экипаж, чем от реальной необходимости.
– Все в порядке, командир! – тут же отозвался старший лейтенант. – Системы работают в штатном режиме.
– Спасибо, – ответил майор, хотя Зорин не сказал ничего нового: данные о работе силовых агрегатов выводились на центральный пост, и командир мог легко проконтролировать технические показатели."
"– Зорька! – встрял Кочеванов. – До обеда свободен, можешь пастись на лугу...
Громко хмыкнул Берецкий, находившийся в кормовом боевом посту.
– О! – сразу оживился штурман. – Судя по бодрым всхлипам в наушниках, Камил не спит! Это вселяет оптимизм в наши ранимые души! Ни одна инопланетная сволочь не подкрадется сзади, не вцепится в хвост трижды орденоносного корабобеля...
– Ох, Женька! – не выдержал Соболевский. – Вот дождешься, устроит тебе народ темную за длинный язык!
Кочеванов не успел ответить, просто вышло так, что в эту секунду вскрикнули от неожиданности сразу двое или трое членов экипажа, да и сам командир «Москита» чудом удержался от возгласа.
С дисплеев пропало радиоизображение созвездия Южного Креста, ближайших звезд и объектов. Визуальная картинка по-прежнему присутствовала, но локаторы оглохли и ослепли – прекратили транслировать на центральный пост техническую информацию. Сразу же тревожно запищал бортовой навигационный комплекс: в отличие от людей, которые могли использовать видеоизображение, компьютерные системы стали беспомощны.
– Поздравляю, други! – сказал майор Соболевский, убедившись, что переход с одного диапазона сканирования на другой не дает никаких результатов. – Мы вошли в зону действия системы РЭБ противника! Как говорится, прошу любить и жаловать, вот оно!
Никто не ответил, все завороженно созерцали бело-зеленую пургу на экранах локаторов: модифицированная система оказалась беспомощна перед помехами, которые ставили фрины.
