В заспанной тьме утреннего света, старина Берия не мог отвести взгляд от сапог Хозяина — их гладкость и блеск отражали всю прохладу комнаты. Но что-то сегодня было иным: тревожное мерцание этих вершин мастерства дразнило его взор, готовясь раскрыть тайны дня.
— Здесь то, о чем мы договаривались, — и небрежно бросил деньги на стоявшую рядом тумбочку.
Художник бережно поднял рассыпавшиеся деньги.
— Всегда рад вам помочь. Обращайтесь…
— Дам знать, — пообещал Тарантул. — И еще вот что, ты бы не ручался своей головой, так ведь можно и без нее остаться!
На улице прошел дождь, и легкая прохлада приятно остужала лицо.
— Ты в нем уверен, он надежен? — повернулся Тарантул к Петру. — Может быть, его все-таки убрать? Ведь не в бирюльки же играем.
— Я за него ручаюсь, — твердо сказал Петр.
После некоторого раздумья Тарантул кивнул:
— Смотри, ты свое слово сказал. Если сорвется, думаю, мне не нужно говорить, что с тобой будет… Ладно, ладно, не тушуйся, я так, на всякий случай… А теперь давай поехали. Варяг ждет!
* * *Минуты две старик рассматривал через приоткрытую дверь нежданного гостя. По его настороженным глазам и опасливому виду было заметно, что он давно одичал, на улицу выходит редко, разве что за покупками да за пенсией в сберкассу.
Но подобное вторжение сейчас не планировалось, старик нужен был в добром здравии и в трезвом рассудке. Варяг широко улыбнулся, стараясь расположить к себе хозяина, и, кажется, настороженность того слегка поубавилась.
— Чего тебе? — спросил он, все еще сохраняя на лице суровость.
