Я пытался удержать ее от рокового шага, умолял, заклинал подумать о последствиях. Я хорошо знал ее и был уверен, что если она и осуществит свое намерение, то впоследствии не сможет жить под гнетом чувства вины. Как ни привлекательно было для Кэтрин радикальное решение, она все же не сделала последнего шага: постояла на пороге клиники, повернулась и ушла. Возможно, на нее подействовали мои уговоры, а может быть, это оказалось совершенно неприемлемым для нее самой.
— А затем родился Том?
— Она ни разу даже не взяла его на руки и не сделала попытки изменить свое отношение к ребенку.
Внешне мы продолжали соблюдать видимость единой благополучной семьи.
В голосе Этьена зазвучала такая горечь, что Анне захотелось утешить его, но она знала, что он не закончил и ему необходимо выговориться.
— Если бы Кэтрин вышла замуж за кого-то другого, возможно, она сейчас была бы жива. За кого-то, кто бы не настаивал бы так на том, чтобы завести детей. На ее просьбу отложить этот момент я возражал, что сейчас самое время завести ребенка.
Было очень странно ощущать жалость к той, которая долго оставалась объектом зависти, но Анна вдруг испытала острое чувство жалости.
— Этьен, множество женщин не мыслит успешной карьеры без семьи.
— Они сами к этому стремятся. Я был убежден, что в глубине души Кэтрин хотела того же, что и я, но в действительности оказалось не так. Я наблюдал ее отношение к Эмме. О да, она любила дочку, но никогда не показывала этого. Всякий раз, когда она пренебрегала Эммой, я закипал.
Вот почему я вышел из себя при мысли о том, что ты забыла о бедной девочке. Кэтрин то и дело забывала о ней.
Невыразительный тон Этьена подействовал на Анну сильнее всего остального. У нее на глазах выступили слезы.
— Я, как мог, старался компенсировать невнимание матери, а в результате Кэтрин обвиняла меня в том, что я балую и порчу ребенка. Положение было невыносимым.
— Должно быть, Кэтрин решилась завести ребенка под влиянием общественного мнения.
Считается, что женщины хотят иметь детей.
— Ты пытаешься оправдать меня и мою любовь?
— Твою любовь? — нежно спросила Анна, обвивая руками его шею.
— Я остался желанным? Я ведь герой с изъяном. Ты еще не слышала самого худшего, — попытался остановить ее Этьен.
— Ты от меня никогда не отделаешься, — с искренней убежденностью заявила она.
Пусть Этьен отложит страшные признания на потом. Сейчас ей важнее донести до него свою любовь.
