В плену опасности: Ивашко готовится к устранению главного героя, в то время как Весёлкин нацеливает группу захвата прямо на братьев лесных. Ситуация остро взвешивается между доверием и тревогой: главный герой понимает важность действий, но страх не покидал его.
— Как пройдёт, если сейчас только самое начало? — покачал я головой и демонстративно потёр глаза.
— Ну, в натуре, по болезни пошёл, — покачал он головой. — Ты это дело неблагодарное оставь. Завтра со мной едешь в Ташкент. У нас там важные дела.
— Да какое там… Говорю же, заболел.
— Значит, в пути поправишься, — отрезал Сармат и внимательно на меня посмотрел.
— Походу, — добавил я хрипотцы в голос. — Накрывает меня капитально. Ангина, скорее всего.
— Это что значит накрывает?
— А вон, — кивнул Лысый, — смотри, какие у него шары красные, в натуре.
— Да, что-то, занемог, братаны, начинает колбасить.
— Не надо было с бабами заразными сосаться, — ощерился Сармат. — Делай, что хочешь, но чтоб завтра утром, был как огурчик.
— Постараюсь, — проскрипел я. — Но по опыту знаю, неделю расколбас будет. Если ангина не начнётся.
— Так, ладно, всё! — Сармат начал злиться. — Я вечером тебе позвоню или заеду, в натуре. Невовремя ты, совсем невовремя, Стрела. Я главное договорился уже со всеми.
— А что за тема-то? — поинтересовался я.
— С Башкой, но ты тоже в деле. Маршрут там у нас один интересный намечается. Наклёвывается. Так что, короче, всё. Лети домой. Лечись. Завтра в половине седьмого утра должен быть как огурчик.
Я ничего не ответил и вышел из кабинета.
— Слушай, Игорёк, — сказал я, сев в машину. — Нужно завтра с утреца организовать машину скорой помощи.
— Вопрос интересный, — задумался он, — ты же вроде улетаешь завтра…
— Мне надо в аэропорт поехать не на твоей прекрасной тачке, а на карете скорой помощи.
Он помолчал.
— А ещё надо моего виртуального двойника разместить в инфекционной больнице.
— Виртуального? — насторожился он.
— Это значит, если кто-то будет наводить справки, ему должны ответить, что я лежу в отделении с ангиной. Посещения запрещены.
— Мы здесь не на своей территории, — покачал он головой. — Но я постараюсь, шеф.
— Постарайся и… слушай, а во сколько завтра на Ташкент самолёт? Можешь узнать?
— Завтра нет такого рейса.
— Странно… — задумался я.— На машине ведь далеко. Сколько отсюда до Ташкента?
— Километров шестьсот навскидку.
Наверное, на машине собрался, а может на кукурузнике опять… Эта неопределённость мне не понравилась. Поздно вечером я позвонил Сармату, но как только он услышал мой хриплый голос и известия про ангину и температуру, разорался и поговорить нормально с ним не получилось.
— Короче, — выдал он. — Завтра в шесть тридцать я за тобой заезжаю.
