А потом ты просто не смог отказать, когда Марина разделась и предложила согреть ей постель! Знаешь что, Авдеев? Мне насрать на ваши отношения! И на твои оправдания — тоже насрать! Но Марина — моя подруга. Возможно, блин, вообще единственный нормальный человек, который есть в моей жизни, и я никогда не сделаю ей больно. Потому что я знаю, как горят глаза по уши влюбленной женщины. Ее глаза так горят, Авдеев, когда она говорит о тебе!
За секунду в моей голове проносится каждое сказанное Мариной слово: то, с какой нежностью она говорила о Вадиме, то, как подчеркнуто она всегда произносит «папа Стаси», как будто это какая-то почетная должность, единственная и неповторимая, для которой просто не может быть другого человека.
— А как же я, Лори? — спокойно, даже с какой-то почти ласковой улыбкой интересуется Вадим. — Меня ты спросить не хочешь? Что я чувствую? Чего я хочу?
«Я очень хочу, придурок, но я знаю, что ты просто соврешь. Вы все так делаете»
— Мне все равно, — говорю то единственное и правильное, что должна сказать в этой ситуации. Нужно быть последовательной, если решила навсегда поставить крест на этом мужике. — Это ваши с Мариной личные проблемы понимания и непонимания, ко мне это не имеет никакого отношения. Я только надеюсь, тебе хватит ума не рассказывать ей о том, что между нами было. Я бы никогда даже не посмотрела в твою сторону, если бы знала…
— … что я представляю для тебя угрозу, — перебивает и заканчивает за меня он.
— Не льсти себе, Авдеев. Чтобы меня напугать, нужно что-то большее, чем красивое тело и глаза.
— Ты врешь, Лори.
— Взаимно, — в который раз рычу на него в ответ.
— А знаешь, чего я хочу? — Он продолжает стоять на месте, не предпринимая никаких попыток остановить меня или задержать, хотя я всего в шаге от двери."
"Наоборот, как будто всем видом дает понять, что я могу закончить разговор в любой момент, просто перестав его слушать. И что от меня зависит, как много он сможет сказать до того, как я развернусь и уйду.
— Я хочу, чтобы женщина, которая мне понравилась, перестала корчить маленькую испуганную девочку и взяла на себя хотя бы каплю ответственности за наши отношения.
— О чем ты? У нас был просто разовый секс. — Говорю — и не верю сама себе, потому что, блин, он у меня из башки даже покурить не выходит. И что-то мне подсказывает, что после сегодняшней встречи, выставить его оттуда будет еще сложнее.
— Ты мне нравишься, Лори. — Еще одна простая фраза, убийственная в своей прямоте. Какая-то настолько искренняя… что даже тошнит. — Я не знаю, что между нами может получится, потому что, честно говоря, вообще не понимаю, кто ты такая и какую игру ведешь, но мы можем попробовать.
— Ты с Мариной! — выпаливаю я, потому что это, мать его, единственный аргумент, который у меня есть.