В окружении каменных плит старинного замка, робиями стоящая черноволосая Сура-Шейндля в полутени, смотрит на языковую вязь и шепчет свое горе. Маленькая девочка, не дремлющая и несущая тяжесть одиночества под защитой лишь мечты о своей мамочке.
— Ты будешь при муже, — посмотрела на нее мачеха. — Завтра нам нанесет визит пан Школьник с сыном, думаю, парень тебе понравится.
— Но мне только пятнадцать, — попыталась возразить Соня.
— Детка моя, тебе не «только» пятнадцать, а уже пятнадцать. А через месяц будет целых шестнадцать.
— Но, может, пусть Сура до замужества попрактикуется в салоне? Там будут интересные мужчины, — неуверенно заметила Фейга.
Евдокия рассмеялась:
— Одно другому не помешает. Салон — отдельно, муж — отдельно.
* * *Соня вышла за ворота и побрела знакомой дорогой к дому своей учительницы.
Соня стояла как завороженная, и по ее щеке медленно сползала слезинка.
* * *Девушка не спеша брела по жаркой пыльной улице, провожала бессмысленным взглядом людей, лавки, проносящиеся повозки.
Тот стоял у длинной винной полки, выбирая подходящий напиток. Девушка подошла к нему вплотную и тоже принялась изучать бутылки со спиртным.
Когда пан офицер ушел, Соня не спеша засунула бумажник под кофточку и тоже покинула винную лавку.
* * *На следующий день повозка пана Школьника вкатилась во двор дома покойного Лейбы. Будущий свекор и будущий муж торжественно проследовали в гостиную.
Сын пана Школьника оказался тощим прыщеватым молодым человеком двадцати лет, неуверенным в себе и стеснительным. От зажатости Шелом методично щипал себя за худые ляжки, бросал короткие огненные взгляды на красивую Соню, смущенно слушал велеречивый монолог отца.
