Автор
Оля, пятилетняя девочка, рассказывает о своих отношениях с героями рискованной истории. В ее восприятии красота волос — ключевой показатель привлекательности, но в жизни все куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Этот детский голос становится провокационным началом для взрослой истории, где сопротивление и любовь критически важны.
Два пролета вверх, и я нащупываю в кармане куртки ключи.
– Боже… – слышу за спиной. – Ты серьезно?
– Да, – торможу у двери и, окинув Олю взглядом, велю. – Застегнись.
– Черт… – шепчет, принимаясь за пуговицы на своей шубе.
Я делаю то же самое. Застегиваю куртку под самое горло и открываю дверь, ведущую на крышу. Мы собираемся далеко не в космос, но уличная температура здесь ощущается гораздо острее, чем внизу, да и ветер тоже.
Он свистит со всех сторон, и поначалу это может дезориентировать.
Держась за спиной, Оля хватается за мою куртку и тормозит, когда делаем не больше трех совместных шагов.
– Чернышов… – ее голос похож на тонкий визг. – Я не пойду… я назад…
Смеясь, захожу ей за спину и обнимаю, прижимая к себе одеревеневшее тело."
"– Я не пойду… – вцепляется в мои руки у себя под грудью.
Ее макушка прямо под моим подбородком. Опустив голову, прижимаюсь губами к ее уху:
– Дойдем до антенны, и все.
– Руслан…
– Смотри только вперед, – почти касаюсь губами ее щеки.
Она вжимается в мою грудь. Вжимает голову в плечи и стонет, когда заставляю сделать шаг вперед, потом еще один. Ее ладонь сжимает мой кулак, в котором зажал пояс ее шубы. Меняю местами наши руки, и накрываю ее ладонь своей.
Для подобных прогулок погода – просто адское дерьмо, ветер забивает уши, но чем дальше мы продвигаемся, тем шире становится угол обзора.
– Мамочки…
– У тебя глаза открыты? – стискиваю ее сильнее.
– Нет!
Тихо смеюсь, глядя на город перед нами. Конечно, днем вид гораздо эффектнее, но и вечером есть на что посмотреть.
– Почти двадцать пять тысяч гектаров как на ладони, – говорю рядом с Олиным ухом. – Открой глаза.
– Нет!
– Давай…
– Пф-ф-ф…
Ориентируясь на то, как слабеют ее колени, делаю вывод, что она открыла глаза.
– Мамочки… мамочки…
Ее пульс под моим пальцем бешеный. Я и сам не смертник, чтобы игнорировать пятьдесят один метр, отделяющий нас от земли, но даже в первый раз вел себя процентов на пятьдесят спокойнее.
– Давай подойдем поближе… – предлагаю.
– Нет! Нет! Давай назад…
– Ладно…
Развернувшись вместе с ней, двигаю нас к выходу. Когда до двери остается рукой подать, Оля вырывается и с визгом несется к ней. Влетает в здание, снова заставляя меня улыбаться.
Сбежав по ступенькам, прижимается спиной к стене и шепчет что-то вроде “твою мать”, пока я закрываю дверь на ключ и убираю его в карман. Неторопливо сбегаю вниз и останавливаюсь напротив, расстегнув на ходу куртку.
