Автор
Оля, пятилетняя девочка, рассказывает о своих отношениях с героями рискованной истории. В ее восприятии красота волос — ключевой показатель привлекательности, но в жизни все куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Этот детский голос становится провокационным началом для взрослой истории, где сопротивление и любовь критически важны....
Это компромисс.
Решение, рожденное в очень плодотворном обсуждении с супругой и устроившее нас обоих. Оно стало возможным благодаря тому, что четыре года назад шеф выдал мне внеурочный отпуск по семейным обстоятельствам в обмен на заявление об увольнении. Две недели, которые я провел вместе с Олей и сыном на Черноморском побережье, оставшиеся две недели они провели там без меня.
Это тоже был компромисс. Мой компромисс с самим собой, прежде всего.
– Где тебя высадить? – спрашиваю перед тем, как тронуться.
Саня без колес, у него полетела коробка.
– У администрации высади.
– Сначала Мишку заберем, – предупреждаю. – А то ребенок мой задницу отморозит.
– Без вопросов, – отзывается Романов. – Так ты что, временно безработный?
Отъезжаю от тротуара и выползаю на проспект, говоря сквозь расслабленную улыбку:
– У меня жена хорошо зарабатывает.
Саня посмеивается, но все же интересуется:
– Ну а если серьезно? Решил, куда подашься?
Тру затылок и роняю руку на руль.
– Есть тут пара стоящих предложений, но я их рассматриваю в перспективе не раньше следующего года.
– Что, в отпуск решил сходить?
– Вроде того.
– Ладно, колись. Где твоя фамилия всплывет?
Улыбаюсь, тормозя на красный.
– Очень вероятно, что в «Надежде», – называю крупного городского застройщика.
– Генеральным?
– Ага.
Саня присвистывает.
– Неплохо, – бормочет.
Не могу не согласиться. Мне предложили возглавить строительную компанию, на которой пятнадцать лет назад я зеленым и необстрелянным пацаном проходил практику.
Через два светофора сворачиваю на улицу, где расположена школа сына.
Мишаня бежит, на ходу стягивая с плеч лямки портфеля.
Пока он забирается в машину, слежу за ним в зеркало заднего вида, надеясь, что его возня не разбудит сестру."
"Она спит в своем кресле, прикрытая розовым пледом, и ее крошечный фейс в капюшоне комбинезона выглядит безмятежным. Не знаю точно, когда она отключилась, кажется, минут через пятнадцать после того, как мы отъехали от дома.
Ей год и месяц, я пока затрудняюсь понять, на кого она похожа. Кажется, ни на одного из нас.
– Привет, академик, – Романов протягивает ему руку, развернувшись в своем кресле.
– Привет, – сын пожимает его ладонь, быстро стащив свою перчатку.
Подавшись к сестре, заглядывает под ее капюшон, в ответ на что она открывает глаза.
– Блин… – бормочу.
– Катя проснулась… – сообщает Миша.
– Мне катапультироваться? – интересуется Саня.
