Автор
Оля, пятилетняя девочка, рассказывает о своих отношениях с героями рискованной истории. В ее восприятии красота волос — ключевой показатель привлекательности, но в жизни все куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Этот детский голос становится провокационным началом для взрослой истории, где сопротивление и любовь критически важны....
"
"Если бы это было не так, меня бы здесь не было!
– Хочешь поговорить? – выкрикиваю, пока он теснит меня к стене. – Давай поговорим!
Сделав шаг назад, он быстро закрывает входную дверь, а когда поворачивается, я вижу в его глазах огонь, от которого моя кожа могла бы загореться. Я вижу его. Каждую черту его лица. Знакомую до боли. И любимую тоже. Вдыхаю его запах, когда, остановившись рядом, голой грудью касается моей куртки.
– Я сам себя ненавижу… – произносит, сгребая в ладони мое лицо.
Смотрит сверху вниз, и мои губы приоткрываются, потому что его взгляд как телепатический сигнал.
Я сдаюсь, прекрасно зная, что пожалею.
Прижимает меня к стене. Впечатывает в нее, как только отвечаю на его поцелуй.
Я отвыкла. Так отвыкла от его губ. Это как заново сесть на велосипед. Это секундное привыкание! Давление, нежность, грубость, голод. Его вкус. Я теряюсь в пространстве, чувствуя, как вибрирует его тело.
– Руслан… – выдыхаю в потолок.
Опалив мое лицо свирепым взглядом, Чернышов хватает ворот куртки и расстегивает ее. Стягивает с моих плеч, и на этот раз между его голой кожей и моей только тонкая ткань свитера. Ничего, что могло бы помешать мне почувствовать эрекцию в его спортивных штанах, от которой встряхивает с головы до ног.
Руслан сгребает ладонями мои ягодицы и соединяет наши бедра, заставляя встать на цыпочки и обмотать руки вокруг его шеи.
Я так хорошо знаю, что находится у него в штанах. Текстуру, цвет, вкус…
Мой живот взрывается спазмом.
– Ты знаешь, что я не джентльмен… – хрипит, когда наши глаза встречаются. – Либо останови меня, либо наш разговор будет состоять из междометий.
Мое горло сжимает спазм.
Тогда, четыре года назад, я решила попробовать закрыть глаза.
– Оля… – выдыхает, когда мои глаза становятся влажными.
– Отпусти, – прошу, выпутываясь из его рук.
Отпускает, и я проскальзываю мимо, оставляя его у стены одного. Он упирается в нее руками, опустив голову. Мышцы на его спине выглядят отшлифованными. Над резинкой спортивных штанов две основательные ямочки. Локоть правой руки забинтован.
