Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
Подозреваю, что она подобрала ее с улицы и поселила у себя.
— Ты серьезно?
— Да, мир тесен.
— Никаких приводов к ментам не было?"
"— Нет, чиста. Забыл еще. Она сменила фамилию. Зачем — неясно. Ее первая была даже благозвучнее новой.
— Ну что тут непонятного — не хочет возвращения к прошлому. Что-нибудь еще интересное есть?
— Нет. И мужиков у нее тоже нет. Максимально скучный образ жизни. Магазин, дом. Выгул собак. Все.
— Собак?
— Это не ее. Она за деньги с ними гуляет. Соседские.
— Ясно.
Когда мы оказываемся на месте захоронения, чувство отвращения к таким же скопившимся «страдальцам» достигает предела.
Дежавю. То же кладбище и та же самая Снежана Ворововна. Еле сдерживаю смех, когда осознаю, что девчонка сто процентов ищет себе жертву. И похоже находит в лице моего отца. А вот это зря. Неужели не видит охрану? Бестолочь. Как еще ни разу не попалась?
Подхожу ближе, мысленно охреневая от того, во что она одета.
Распустить волосы? Не, не слышала. Бабкин пучок самое то. При этом донельзя смазливую мордашку, не тронутую косметикой, все равно никуда не деть.
Через несколько секунд не выдерживаю и оказываюсь позади Снежаны. Не задумываясь тяну руку к ее талии и резко сжимаю.
— Какого ху… — девчонка тут же замолкает, осознав кто перед ней. — Хуана.
— Ты еще и материшься? Крайне не люблю матерящихся женщин.
— Да мне пофиг, что ты там не любишь.
— О, лапуль, а ты чего мне тыкаешь?
— А ты мне чего тыкаешь? — парирует в ответ, от чего я не сдерживаюсь и усмехаюсь в голос.
— Ну ты ж сопля, а я дядька постарше.
— Дядька постарше, шел бы ты туда, откуда пришел.
— Даже так?
— Только так. Уже не вижу поводов соблюдать приличия и делать вид, что ты мне нравишься, чтобы получить работу мечты, — не скрывая сарказма, выдает эта соплячка.
— А что так?
— Пять дней прошло. Мне не позвонили, — ах ты ж моя лапа, обиделась. — Все, отойди от меня. И так воздуха мало.
