Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
— Вы больной?
— Да. Периодически мне требуется медсестра. Поэтому ты будешь делать мне капельницы и колоть мою прекрасную задницу, когда потребуется.
— Я не пойму, вы шутите? Говорите о работе, когда помимо всего прочего я только что назвала вашего отца козлом? Серьезно?"
"— Девяносто девять процентов людей ненавидят своего начальника. Руководство — хозяева, подчинённые, по сути, рабы. Было бы странно, если бы ты не называла козлом того, кто доводит до срыва твою знакомую. Я не жду от тебя симпатии ни к моему отцу, ни ко мне.
* * *Стоило мне только сесть на заднее сиденье автомобиля Кротова, как он, не скрывая неприязни, стал брезгливо рассматривать мой свитер.
— Так как большинство людей читают жопой и не дочитывают договор, я тебе скажу сразу. Для тебя договор — индивидуальный. В нем есть приписка про одежду и обувь. Такое уродство можешь носить у себя дома, но не ко мне на работу. У тебя есть полдня, чтобы прошвырнуться по магазинам и купить себе туфли на среднем каблуке, юбку, блузку и белье. И сделай что-нибудь с волосами.
— Да. Вы что меня раздевать собрались? Зачем мне покупать белье?
— Когда на девушке красивый бюстгальтер, что он ей дает? — мастер дебильных вопросов тут как тут.
— Надежду найти мужика?
— Еще.
— Он дает надежду мужику, что у женщины есть грудь? — слышу неприкрытый смех водителя, Кротов же не улыбается, а шумно выдыхает.
— Он дает уверенность, Снежана Викторовна.
— Ясно.
— Про ногти забыл. Сегодня же сделай маникюр. Лак не яркий. Если в итоге меня все устроит, на время нашей работы при мне ты не материшься и никакого воровства. Ты меня поняла?
— Поняла.
