Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
– Как мужик, вы должны меня понять… Эта Мими околдовала меня, лишила разума…
– Это совершенно очевидно, – не без интереса обходя кровать и присматриваясь к каждой детали, заметил авторитет.
– Вырвался на пару деньков, захотелось чего-то живого, романтического, эфирного…
– Да, эфиру тут – хоть комнату проветривай.
– Ну, полумрак, интим, вы понимаете…
– Еще как понимаю. Где Машка? – и сосед, взявшись за отвороты костюма хозяина дома, рванул их в стороны.
Хахаль был одет в кожаные трусы, передняя часть которых была оборудована молнией с замком и цепочкой, наподобие дверной.
– М-да, – сказал Антон, оценив все самым тщательным образом. – Придется прибегнуть к непопулярным мерам.
Сдернув рукава костюма до конца, он развернул хахаля спиной к себе и повел к центру комнаты. Потрясение хозяина дома от происходящего было настолько велико, что он даже не думал сопротивляться. Но, вспомнив, кем является в реальной жизни, вне кожаных трусов и хлыстов, вдруг заартачился. То ли заработала русская привычка куражиться перед бабами, то ли он понял, что сейчас происходить будет… Да только сопротивлялся он до тех пор, пока Антон не подобрал с пола длинный кожаный кнут и не привязал им хахаля к стоящей посреди спальни деревянной колонне, подпирающей матку потолка.
– Товарищ, я точно знаю, что ни ты, ни я в милицию после всего этого не пойдем, – подняв с кровати плетку и откидывая ее хвост себе за спину, авторитет несколько раз попробовал, как она свистит в воздухе. – Ну, не пойдем… я точно знаю! А потому, если не хочешь, чтобы все закончилось совсем уж плохо, ответь на один простой вопрос: где Машка? Машка с папкой – где она?
– Машка?.
Молнией пронесшись по воздуху, плетка смачно всосалась в спину хахаля. В первый раз он даже не почувствовал боли. Сработать нервным окончаниям помешал аффект. Хахаль обалдел. Человек, который в Москве вынужден был входить в его кабинет с извинениями, порол его в Серебряном Бору.
– Где Машка? – И плетка снова отправилась в путь.
– Откуда я знаю, идиот, где твоя Машка?!!
– Живее, живее, мой друг! – услышала вдруг я у себя за спиной и обернулась.
