Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
С каких это пор милиция стала проверять документы у женщин, сидящих на лавочках?
– А я на ваши могу?
Не раздумывая, он вынул удостоверение (снаружи такое же, как у Ползунова) и распахнул его передо мной таким жестом, словно это был атлас мира. «Состоит в должности участкового уполномоченного Центрального РОВД». Какой-то Виктор Петрович Столбунов.
– А у меня нет, – призналась я. – Я документы с собой не ношу.
И только сейчас поняла, чем вызвала к себе здоровый интерес участкового. Посреди аллеи сидит баба (красивая) без сумочки, без косметики на лице, в дебильных тапках на ногах и ест мороженое.
Младшего лейтенанта мой ответ разочаровал. Не пойму – если бы я показала ему паспорт – успокоился бы? Ну, нет у меня документов. Но и автомата в руках тоже нет. И сумки с гексогеном тоже. Что нужно-то?
– Давайте пройдемся со мной до отдела, – предложил он таким тоном, каким муж просит жену покинуть вечеринку в доме человека, который на прошлой неделе украл у них чайные ложечки.
– С чего это я должна с вами прохаживаться? – возмутилась я. (Просил ведь Макс из дома не выходить!)
– Взгляд мне ваш не нравится, – стал, по обыкновению для всех малоумных малых, быковать милиционер.
– А уж как ваш мне не нравится, – возразила я. – И именно по этой причине я не прошу вас ко мне присоединиться.
– У нас работы разные, – сказал он.
После такого перла не остается ничего другого, как подчиниться и выбросить в урну остатки «Вдохновения».
Отдел, судя по всему, был недалеко, об этом я догадалась, увидев в руке младшего лейтенанта связку ключей. Он вынул их, едва мы прошли шагов пятьдесят. Однако даже близость отдела не успокоила его, и он, начиная догадываться, что совершает ошибку, стал мотивировать свой поступок вещами, которые должны показаться мне очевидными.
– Понимаете, сидите вы тут, – говорил он, – без дела. В начале рабочего дня. И думаете, наверное, чего бы сделать нехорошего.
Он на секунду прервался, встретив мой изумленный взгляд, и переключился на другую тему:
– Нынче чеченки по городам России бродят, объекты высматривают. Потом – бах – и сотрудники ФСБ гибнут.
– Я на чеченку похожа, как ты на негра, – буркнула я, думая, как выпутаться из этой истории. – На негра с высшим образованием.
– Вот только грубить не надо, не надо… – устало, словно день не начинался, а заканчивался, промямлил он. – Эта… Сейчас придем и выясним.
