Автор
По вечерам у дедушки Романа царило необычное спокойствие — его веселые реплики и суровые наставления больше заменяются мудрыми поговорками. Кузнец Станичный, воспитанный в земных преданиях казаков, прошел через многие испытания: от военных битв до политических изменений. Его мироощущение — смесь бесстрашия и сарказма, он всегда найдёт способ сохранить свою исконную природу, будь то перед властью или на закате....
Точнее, дочка его знать тебя не желает. Говорит, не хочет с палёным жить, – грустно улыбнулся мастер, глядя на сына с нескрываемой жалостью.
– Да и хрен с ней, – помолчав, решительно отрубил Матвей. – Коли дура, так и ну её. Обойдусь.
– Так ты, выходит, и её забыл? – моментально сообразил казак.
– А что? Разве промеж нас было чего? – насторожился парень.
– Так сам мне гуторил, что люба она тебе, – развёл кузнец руками. – Что с ней жить хочешь.
– Может, оно и было, да только сам знаешь, батя. Смерть, она крепко ума прибавляет.
"– Это верно, – задумчиво кивнул мастер. – Добре. Тогда я Андрею так и скажу, что ты, мол, зла не держишь и от сговора отказаться готов.
– А ему-то что за печаль? – не понял Матвей.
– Не дури, – укоризненно фыркнул Григорий. – Слово казацкое дадено было, а потому это обида роду нашему получается.
– Да бог с ним. Какие тут теперь обиды. Кто ж знал, что оно вот так всё будет, – развёл Матвей руками.
– Так вы ж не венчаны, – растерялся кузнец.
– И что? Всё одно, сговор-то был, – не уступил Матвей. – Вот и выходит, что не люб я ей был. Так, баловство одно. Перед подружками покрасоваться. Вот я, какая краля, с самой юности сговорена.
– Добре рассудил, казачок, – раздался голос, и в кузню вошёл Макар Лукич.
Не спеша огладив бороду и расправив усы, он окинул парня внимательным, заинтересованным взглядом и, повернувшись к кузнецу, добавил: – Верно он всё сказал, Гриша. Сговор был, значит, и должна себя девка вести так, чтобы ни у одной шавки язык не повернулся на неё хулу возвести. Потому как то роду новому казачьему урон чести будет. Ну да ладно. То теперь Андрея забота. Виру-то требовать станешь? – вдруг повернулся он к Матвею.
– За что виру? – не понял тот.
– А как иначе? – вскинул казак кустистые брови.
– А какая тут вира может быть? – насторожился Матвей.
– А какую назначишь, такая и будет, – лукаво усмехнулся казак.
– Бать, ты что насчёт поездки в Юзовку надумал? – повернулся парень к кузнецу.
– Вон ты чего удумал, – понимающе кивнул мастер. – Хочешь, чтобы он со мной в караван встал.
– Что за караван? – тут же подобрался один из старшин станицы.
