От души хлопнув сына по спине, казак поправил усы и, окинув улицу орлиным взором, решительно заявил:
– Добре решил, сын. Правильно. Особливо про обмен.
– Я одного никак в толк не возьму, – помолчав, неожиданно признался Матвей. – Мы ж вроде так не воюем. Чего это старшины решили засаду устроить?"
"– Так ты ж сам всё сказал, – рассмеялся Григорий. – В тех местах лавой не пойдёшь. На клинок их не взять было. Да и много их против вас было. Так что всё верно было сделано. И ворога побили, и сами живыми вернулись. Всё одно это не война, а набег разбойничий. Мы ж с горцами да степняками не воюем. Так, колотим иной раз друг дружку, не боле. В общем, не бери дурного в голову. Всё верно было. И ты верно всё делал.
– Поверить не могу, – тихо вздохнула Настасья, вклиниваясь в их разговор.
– Во что? – насторожился Матвей.
– В то, что вырос ты. Совсем вырос. Вон, уже казаками в бою командуешь, – вздохнула женщина.
– Ну, ты, мать, совсем сдурела, – возмутился Григорий. – Смирись уже. Вон, скоро женится, глядишь, придётся внуков нянчить.
– Скорей бы уж, – усмехнулась Настасья, бросив на сына лукавый взгляд.
– Ну, тут уж как бог даст, – нашёлся Матвей, делая вид, что сказанное его не особо касается.
– На бога надейся, да сам не плошай, – тут же поддела его Настасья. – Тут одного божьего соизволения маловато будет. Самому постараться придётся.
– Кх-м, ну ты, мать, совсем уж, – смущённо цыкнул на неё кузнец.
– Ага, а то мне двоих детей ветром надуло. Молчи уж, – с ходу наехала на него казачка.
Слушая их перепалку, Матвей заметил, что им обоим этот спор доставляет удовольствие. Родители перекидывались колкими фразами, при этом глядя друг на друга горящими глазами.
«А ведь они и вправду друг друга любят», – подумал он, невольно придерживая шаг и осторожно передвигая мать поближе к отцу.
Увлёкшись, Настасья и не заметила, что оказалась рядом с мужем и теперь за плечи её обнимает не сын, а муж. Шагая следом за ними, Матвей только тихо улыбался, внезапно ощутив, что просто счастлив, слушая их. Ведь своих родителей он потерял рано, и что такое настоящая семья, представлял только по рассказам деда, да бывая в семьях школьных друзей. А чтобы вот так, видеть всё самому, вживую, такого у него никогда не было.
– Ты чего улыбаешься, Матвейка? – вырвал его из размышлений вопрос отца.
– На вас смотрю и понимаю, что тоже так хочу, – не подумав, с ходу заявил парень.
– Как так? – не поняла Настасья.
– А чтоб спорить, и без обид. Чтоб ругаться, и не ссориться. Чтоб тепло в доме было, – несколько сумбурно принялся пояснять Матвей.
– Даст бог, сложится, сынок, – тепло улыбнувшись, тихо ответила Настасья.
Кивнув, Матвей завёл коней во двор и принялся рассёдлывать их.