Автор
Повитуха нащупала две головки — младенца уже было положено на матрас, а ребенок крепко спал. Леди Кэтлин Хаттон, обнаженная в кровати, выглядела не человеком, а скорее животным: ее лицо исказилось от боли, руки и ноги опухли, а глаза потемнели. Атмосфера вокруг непривычно мрачная, словно проплывшая через бездонную черту....
– Мне нравится его общество, – призналась Алекс.
– Ничего удивительного. Какой леди не понравится общество английского герцога?
– Титул здесь ни при чем, – фыркнула Алекс.
– Герцогский титул ставит его во главе бомонда, остальные ему не чета. У него денег и привилегий больше, чем у самого короля. Признайся, что именно это привлекает тебя.
– Разумеется! А что в этом плохого?
– Ничего, если ты не ждешь, что он сделает тебя герцогиней. Харту не нужна жена, Алекс. Он ищет любовницу. Разве это не унизительно для тебя?
Правда задела Алекс за живое.
– Харт был честен со мной, предложил мне стать его любовницей.
Ник резко остановился и схватил ее за плечо.
– Да я об него кнут сломаю!
Александра заглянула ему в глаза и содрогнулась.
– Мне не нужна нянька! – Она высвободилась и пошла дальше. – Я сама способна позаботиться о себе.
Он нагнал ее.
– Я не хочу, чтобы ты появлялась с ним в свете, Алекс!
– Да ты ревнуешь! – бросила она ему в лицо.
– С чего бы мне ревновать тебя к самому богатому герцогу Англии, который к тому же похож на античного бога?
Она встала под газовым фонарем и посмотрела на него.
– Ты один из самых красивых мужчин на земле. – Она оглянулась, поняла, что они уже на Беркли-стрит, которая выходит на Беркли-сквер, и расхохоталась.
– Не вижу ничего смешного! – прорычал он.
– Признайся, ты нарочно увел меня от Харта Кавендиша и проводил до дома, дьявол ты эдакий!
– Признаюсь.
– Мне смешно, потому что Харт тебе не соперник… никогда не был и не будет. У тебя другой соперник – твой брат-близнец. Я много лет была в него влюблена.
– А теперь?
Он сказал это с такой болью, что Алекс не осмелилась нанести ему еще одну рану.
– Это были девичьи фантазии, только и всего. Перед отъездом Ник сказал, что относится ко мне, как к сестре.
– Ник идиот. У него всегда было гипертрофированное чувство гордости.
Алекс попыталась уклониться от поцелуя, но Кит оказался не менее искушенным любовником, чем танцором. Она закрыла глаза, вообразив, будто целует Николаса. По телу прошла восхитительная волна наслаждения.
– Ник, – прошептала она, но тут же высвободилась из его объятий. – Спокойной ночи, Кит.
Алекс побежала к дому.
