Что-то стремительно приближалось к нему.
Он не успел среагировать.
Что-то обрушилось на его череп сбоку.
Перед глазами пошли круги.
По виску и по щеке потекла какая-то жидкость, по шее вниз, за воротник рубахи. Жидкость была теплой и шелковистой, и текла она из раны над ухом.
Время для Винса остановилось. Левая нога на ступеньке, страшные пароксизмы боли. Теплая жидкость.
Мир вокруг Винса съежился. Это было похоже на то, что испытывает пассажир последнего вагона поезда, нырнувшего в туннель. Круг света сузился до точки.
Сознание покинуло Винса.
Сид Блаттнер сидел за столом в кабинете в недрах своего клуба. Сид матерился на чем свет стоит, его била дрожь, он обливался холодным потом. Он не сводил глаз с выстроившихся рядком на столе пластиковых флакончиков, в каждом из которых было какое-нибудь медицинское чудо-средство, прописанное и предписанное «доктором» Фликом. Ученая степень здесь, правда, была не более чем данью вежливости, поскольку милейший доктор вот уже год как был исключен из Медицинской коллегии за присвоение денег одной своей пациентки, дамы, страдавшей болезнью Альцгеймера.
Флик всегда был врачом Сида, а Сид не считал мнение Британской коллегии медиков достаточным основанием для того, чтобы отказывать себе в лечении, к какому он привык и какого, по его мнению, заслуживал. Перемена была лишь в том, что теперь рецепты — по рекомендации Флика — выписывал один из его друзей. Консультирование же он проводил как обычно — в арендованном офисе на Харли-стрит.
Но на этот раз чуда не произошло. Вся эта камарилья суспензий, эликсиров, плацебо и змеиного яда была ни к чему.
Сид выглядел препаршиво и чувствовал себя не лучше.
Уже четыре или пять дней он не брился, не умывался, ни разу не переменил одежду. И когда ему удавалось заснуть, сны его были пугливыми, поверхностными и полными демонов, что выплывали из глубин его подсознания всякий раз, стоило Сиду смежить веки.
Сид не мигая смотрел на флакончики с лекарствами. Одно из них должно было рассеять озабоченность, второе — поднять настроение, третье — убрать побочные эффекты второго, а четвертое — третьего, и было среди них еще какое-то, чтобы помочь ему заснуть. В своем нынешнем состоянии он не мог даже вспомнить, в какой последовательности их принимать, хотя указания были даны касательно каждого флакона особо. Он просто глотал таблетки пригоршнями всякий раз, как ему казалось, что без них не обойтись, и запивал их лошадиными порциями бурбона.
