В темном шатре после зажженных свечей и молчаливого салюта, гости запутываются в тенистых играх ветра. Ночь окутана бурей, а музыка тонула в урагане шепотовок и возгласов. Попытка социального взаимодействия кажется неосуществимой под ледяным куполом свечей.
Все остальное прошло очень гладко: никто не запнулся, произнося клятвы, как иногда случается на некоторых свадьбах. Они оба говорили громко и четко, пока остальные молча наблюдали, единственный посторонний шум — свист бриза среди надгробий. Хотя на самом деле я не смотрю на Джулс и Уилла. Вместо этого я пытаюсь разглядеть Чарли в первом ряду. Мне хочется увидеть его лицо, когда Джулс скажет «Да». Но это невозможно: отсюда видны лишь его макушка и плечи. Я одергиваю себя: а чего вообще я жду? Какое доказательство я могу прочесть на его лице?
И, внезапно, все закончилось.
Я иду за гостями на улицу, уклоняясь от огромных цветочных композиций: больших букетов ярких полевых цветов, которые, наверное, очень дорогие, они так сочетаются с местным пейзажем.
Остальные гости очень хорошо одеты. Когда я оглядела всех в часовне, то поняла, что больше ни у кого нет шляпки на заколках. Может быть, в таких кругах ее уже не носят? Каждая вторая носит дорогую с виду шляпу, которая, наверное, продается в специальной коробке.
Нам дают высушенные лепестки роз, чтобы мы могли бросать их в воздух, когда Уилл и Джулс выйдут из часовни. Но ветер настолько сильный, что их быстро уносит прочь.
Пару фотографируют с близкими, в то время как все остальные расходятся к внешней стороне шатра, где установлен бар. Пожалуй, мне не помешает набраться немного храбрости. Я пробираюсь к бару по траве, а каблуки проваливаются на каждом шагу.
