В темном шатре после зажженных свечей и молчаливого салюта, гости запутываются в тенистых играх ветра. Ночь окутана бурей, а музыка тонула в урагане шепотовок и возгласов. Попытка социального взаимодействия кажется неосуществимой под ледяным куполом свечей.
И ее голос был таким другим; тихий и грубый. — Он должен был быть сегодня с тобой, — продолжала она тем же странным голосом. — Наверное, хорошо, что я не знаю его полного имени. Что бы я с ним сделала, если бы знала."
"Я смотрю на волны. Наверное, в море мне станет легче. И внезапно мне кажется, что только это может сработать. Оно выглядит таким чистым, красивым и безупречным, словно внутри него находится драгоценный камень. Я встаю и стряхиваю песок с платья. Черт… на ветру холодно. Но, вообще-то, это приятный холод, а не так, как в часовне.
Я оставляю туфли на мокром песке. Я даже не потрудилась снять платье. Вхожу в воду, и она на десять градусов холоднее воздуха, настолько ледяная, что мое дыхание учащается и я могу глотать воздух только маленькими порциями. Чувствую боль от пореза на ноге, когда туда попадает соль. Я иду все глубже, вода доходит мне до груди, потом до плеч, и теперь я действительно не могу нормально дышать, как будто на мне корсет.
Я ухожу с головой под воду, трясу ей, чтобы отогнать дурные мысли. Набегает волна, и вода наполняет мой рот. Она такая соленая, но, отплевываясь, я только ее глотаю и не могу дышать, и еще больше воды попадает мне в нос, и каждый раз, когда я открываю рот, чтобы глотнуть воздуха, вместо этого приходит только вода, большими солеными глотками.
Джулс. Невеста
Мы с Уиллом отделились от гостей из-за фотосессии у скал. Ветер определенно стал сильнее. Причем это случилось, как только мы вышли из укрытия часовни, и брошенное конфетти уносило в море, прежде чем оно смогло нас коснуться.
— Еще и с этой диадемой вы похожи на древнюю гэльскую королеву, и какой цвет волос! — кричит он.
Уилл усмехается.
— Моя гэльская королева, — одними губами произносит он. Я улыбаюсь в ответ. Мой муж.
