Вечерний дождь мягко стучит по оконной раме. Внутри — стол увитый свежими цветами и мерцающими бокалами вина. Я смотрю на карпачо и паэлью, словно погружаюсь в непростые мысли о любви и природе, каким-то образом связанных вместе. Ощущение магического сочетания воздуха, воды и летящих ярких звезд в ночи — это то, что делает жизнь здесь особенной....
– Дай я попробую, – протянул руки, собираясь забрать покрасневшую сестренку.
– Руки сначала помой.
Я пошел в ванную, вымыл руки с мылом, вернулся к девчонкам, где Еся продолжала горланить.
– Давай теперь.
Саша на этот раз без возражений передала мне девочку и принялась оправдываться:
– Не знаю, почему она плачет. Я и памперс поменяла, и покормить ее пыталась. Не ест. И качала. А она все плачет и плачет.
Когда я взял сестру на руки, чуда не произошло. Малышка продолжила оглушительно вопить.
– Посмотри в интернете, как их кормить надо.
Сашка послушно залезла в интернет и прочитала:
– Лучшее питание – это грудное молоко.
– Пока отпадает. Дальше давай.
– Можно смесью. На каждое кормление смесь готовят свежую. Согласно инструкции. Она должна быть определенной температуры.
– Пошли на кухню.
Пока я пытался утихомирить сестру, Саша сделала смесь, проверила температуру и когда я дал бутылку Есе, она, обиженно всхлипнув, стала есть. Хоть сестра была маленькой, держать ее на весу и кормить было неудобно. Я вернулся в гостиную, сел на диван.
Я поднял сестру столбиком, подержал до отрыжки и, вернув ее в горизонтальное положение, обнаружил, что малышка уснула. О том, что так надо делать, нам тоже поведал интернет.
– Саш! – позвал я тихонько, но ответа не дождался.
Повернулся как раз в тот момент, когда светловолосая голова коснулась моего плеча. Сашка тоже спала.
– Зашибись! – обреченно выдохнул, думая, как быть дальше.
Олеся
Мы с Полиной практически вбегаем в больницу. Мне кажется, что меня бьет озноб и что это видно окружающим. На самом деле, мое состояние – нервное. И для посторонних я себя даже неплохо контролирую. Хотя такое ощущение, что ноги и руки у меня из киселя и мелко– мелко дрожат. Это неудивительно. Новость о том, что Матвей наконец– то нашелся, накрыла. И сокрушительная радость подкосила вместе с тревогой о том, что с ним. Я не смогла даже поблагодарить Артема за то, что он сделал.
Уверенно направляюсь к окошку регистратуры:
– Здравствуйте! Мне нужно узнать о Матвее Белове. И увидеть его. Если можно.
Все внутри замирает. Только бы обошлось. Серце обливается кровью.
Девушка в белом халате смотрит на монитор компьютера и спрашивает:
– А вы ему кто?
– Я – его мать. Девушка – невеста. Его похитили...
Дальше администратор не дает мне продолжить.
