— Оставить вас, госпожа? Никогда! Если только сами погоните прочь…
— Тахир, я ведь себе не хозяйка. Надо мной муж…
— Госпожа, я не думаю, что он настолько глуп, чтобы запрещать вам нести людям пользу. Ваши знания могут спасти тысячи! Десятки тысяч людей!
— Ваши знания, Тахир. Я лишь ваша скромная ученица.
— Как пожелаете, госпожа. Только не гоните…
Лиля послала старику улыбку.
А подтекстом слышалось совсем другое.
Тахир был готов положить жизнь, чтобы лечить людей. Так как он поступит с тем, кто помешает ему научиться?
Судя по тому, что он рассказывал… яды — вещь такая… при нынешнем уровне развития их обнаружить нереально. Тахир даже сильно размышлять не станет.
Тахир Джиаман дин Дашшар и не рассчитывал на такую удачу.
Побег из Ханганата дорого ему обошелся. Старик устал, не знал, где завтра преклонит голову — и вдруг…
Удачей было уже получить кров над головой. Но чтобы так?
Когда Али привез его в Иртон, Тахир сначала отнесся к женщине, которая вздумала постигать тайны человеческого тела с легким удивлением.
Это прекрасный цветок. Она украшает жизнь, но решать, лечить, учить — должен мужчина. Это однозначно.
Уже на второй день Лилиан Иртон завела с ним беседу. И Тахир был в шоке. Она знала… он до сих пор не ведал глубины ее знаний. А ведь женщина ничего не скрывала.
И он понимал — ему не лгут. Там, где говорят о медицине — не лгут. Разве что стараются объяснить понятнее.
Но как поверить в маленьких существ, живущих везде, в том числе и внутри людей? И в то, что рана гноится не от дурной крови, а именно от них. И если ее про… дезин… фицировать…
Как поверить, что кровь состоит из маленьких бусин (так Лиля для простоты объясняла про эритроциты, лейкоциты и тромбоциты) — и к тому же разных?
И в то же время — как не верить?!
Такое не придумаешь, это не бред.
Тахир костями чуял — за Лилиан Иртон серьезная школа. Это ее знания, но — не только ее… Такое собирается тысячелетиями.
Но когда он попытался узнать — откуда — графиня покачала головой.
Отговорилась рукописями.
Он не поверил. И искал бы. Но тут как раз случился налет работорговцев.
И они забыли обо всем.
Он, графиня, местный травник — человеческая боль стерла все различия. Они лечили. То есть лечила в основном графиня. А они были просто на подхвате.
Тахир смотрел, как она работала, как уверенно брала инструменты, как раскладывала их в определенном порядке, как отдавала приказы — и крепла уверенность.
Они с графиней одной крови. Чтобы лечить людей так — надо иметь дар.
