Прошло почти сутки, и я все еще шагаю вокруг дачи генерала Калутина. Насколько мне известно, здесь были оставлены последние запасы продовольствия для эвакуации из зоны осадков. Внутри дома мне не доверили, так как это могло быть опасным. Теперь я сосредоточенно исследую каждый уголок, стараясь увидеть скрытые трещины или повреждения, которые могут предупредить о том, что здание больше нельзя использовать....
— Хрен вам! — короткой очередью я дал по корпусу. Пулемётчик в ужасе отшатнулся, а водитель резко крутанул руль — машина шарахнулась в сторону.
Окунев тоже вильнул. С правого борта приближался ГАЗ-66. Я перекинул пулемет на ту сторону, дал очередь по передним колесам. Пикап верткий, быстрый. По нему сложнее попасть, а тяжёлый грузовик вот он — даже несмотря на лютую качку, я попал с первого раза.
Как и на КамАЗе, у «Шишиги» тоже имелась система централизованного регулирования давления в шинах, но попроще.
ГАЗ-66 резко сбавил ход и вильнул влево. То ли он на камень налетел, то ли яму словил — машина резко накренилась и в лучших традициях американских боевиков — перевернулась, упав на бок. Боевики полетели из кузова, словно мешки с картошкой по дороге…
Минус один. Есть.
Я тут же перекинул пулемет обратно, но не дотянулся. Тут наконец-то среагировал Антон, резко свернув левее, отчего нас занесло.
Не удержавшись, по инерции я полетел в ту же сторону больно ударился спиной о борт.
И тут на меня навалился Том. Он уже освободился от веревки — вот сукин сын, а?!
— Вам не уйти! — зашипел он, пытаясь добраться до моего горла.
Оттеснив его коленом, я с силой оттолкнул его в сторону. Американец ударился головой, но тут же схватил большой разводной ключ и рыча словно зверь, вновь навалился на меня.
Внедорожник завихлял, пошел зигзагом. Скорость движения упала ещё больше — сыпучий грунт ухудшал и без того дерьмовую атмосферу.
— Что там у тебя? — крикнул Окунев, заметив, что я перестал отстреливаться от преследующего нас противника. Завертел головой по сторонам.
Ответить я не смог.
Уклонившись от удара ключом, я изловчился и выбил его из рук противника, а сам выхватил нож. Дважды полоснул им по рукам и пальцам Тома — тот взвыл от боли. Брызнула кровь.
Новый толчок. Американец повалился на меня. Ловким ударом кулака в ухо, я успокоил противника.
В этот момент другой пикап с силой врезался нам в заднюю часть кузова, отчего я едва не размозжил себе голову о бортовую штангу. Раздался жуткий скрип и лязганье металла.
Я отчётливо разглядел, что на пассажирском сидении внедорожника сидел один из американцев.
Он как раз высунул руку в окно — в ней была зажата рукоять пистолета.
— Влево! — рявкнул я.
Окунев бросил машину влево, отчего второй пикап пронесся вперёд.
