Прапорщик Корнеев делал решительные шаги по восстановлению батареи. Его взглядом скользнулись строения, где лежали ящики с оружием. Стоя над одним из них, он прикинул в уме и фыркнул. "Сделаю", — произнёс он, но добавил шепотом: "Только дай посмотрюсь, осторожно! Мне еще твою задницу обратно к Кэпу вести!" В эти моменты атмосфера казалась напряжённой и опасной, как будто каждое слово могло изменить ход событий....
Он как будто бы стал сильнее, умнее, опытнее… Вел себя так, будто уже все давно прошел и сейчас просто плыл по течению. А потом, там же на сборном пункте ему попался капитан Игнатьев, офицер ГРУ СССР. Их странная встреча… Будто так и задумано было. Разведчик обратил на него внимание и Громова должны были забрать в учебный центр ГРУ, где-то в Таджикской ССР. Но тут вмешался товарищ Коньяков, который повлиял на Амирова. А тот, в свою очередь, взял, да и запихнул Громова не в ту команду. Тот и поехал на границу с Ираном… Там ему нужно было как-то себя проявить и вскоре, такой случай представился — те двое душманов, что были подосланы устроить подрыв боеприпасов на приграничной воинской части.
Тот, самый первый разговор Кикотя с Громовым был самым продуктивным. Майор понял, что парень-то не прост. Но не придал этому какого-то особого значения, чем и дал слабину.
А что если это не Громов? Что если это двойник, которым подменили настоящего Максима Сергеевича. А место занял похожий на него как две капли воды подготовленный специалист иностранной разведки?
Отдавало фантастикой… Но ведь и для самого безумного предположения имеет место быть…
— Да что же такое… — Кикоть потер виски двумя пальцами. Голова жутко болела.
Он открыл ящик своего стола и выудил оттуда маленькую круглую металлическую коробочку красного цвета, с большой желтой звездой в центре.
Виктору Викторовичу солидный запас этого ядрено пахнущего бальзама привезли друзья с Востока, вот он им и пользовался. Порой, случалось, что он не рассчитывал дозу и потом из глаз ручьем текли слезы… Кто-то, наверное, вспомнит и улыбнется.
Круговыми движениями он натер виски, вздрогнул. Закрыл баночку, сунул ее обратно в стол. Вновь вернулся к размышлениям.
Ему очень хотелось побеседовать с Громовым еще раз. Начистоту. А еще лучше, прогнать его на полиграфе — да только кто же ему разрешит? В настоящее время, Кикоть на плохом счету у командования.
Вдруг зазвонил телефон.
— Слушаю, Кикоть!
— Ты мне нужен! — раздался оттуда искаженный помехами голос. Видимо в линию как-то умудрились врезаться извне.
